Тренер. Молодежка. Книга 2

– Ясно вам! Если бы было ясно, и вы действительно об Анне переживали, то ночью спали бы, а не вот это вот все! – выплеснула свое возмущение Оксана Вадимовна, наконец подтвердив из-за чего начался весь сыр-бор.

– Все – это? – попросил я разъяснений, хотя уже понял куда эта красавица клонит. – Я, знаете ли, всегда ночью сплю. Поэтому не понимаю, о чем вы говорите.

– Знаю я ваше всегда! И не вы, конечно же, сотрудниц «Колоска» по углам водите после отбоя?

– Боже упаси, – открестился я. – Вожу? Я? Вы явно меня с кем-то перепутали или желаемое за действительное выдаете.

– Вы просто видимо не знаете, что у Анны есть жених, которого она из армии ждет! И ваше внимание к поварихи неуместно.

Я хмыкнул только в ответ. Во какая свистопляска нарисовывалась. Прекрасно понимаю, что это именно Оксана Вадимовна пустила слух о «ночных похождениях» Аннушки, никто кроме неё не знал о визите поварихи в мой номер той ночью. Но тут, оказывается, слух новыми подробностями обрастал. Аня то еще и изменщица, как выяснялась.

А кому? Пареньку солдату, который срочную службу в армии проходит. Считай на девчонке клеймо директриса поставила. Не дождаться из армии жениха – дело непорядочное. Я теперь окончательно понял, чего такая грустная ходит повариха. На нее теперь все волком будут смотреть.

Я выдержал паузу, доел кашу до последней крупинки, пришлось половить гречку вилкой. Потом внимательно на директрису посмотрел.

– Бессовестный вы человек, Оксана Вадимовна, – максимально холодно сказал я.

– Это еще почему у вас такой вывод сформировался? – директриса аж вилку выронила.

– Потому что в своем глазу соринку не замечаете, а в чужом видите бревно.

– Я?!

– Вы, Оксана Вадимовна, одно помните, а другое забываете, а вы не птичка, чтобы у вас проблемы с памятью присутствовали… нехорошо как.

– На что вы намекаете?

– На то, что вы сами не без грешка, так понятнее?

– У меня… у меня воды не было! Вы предлагаете мне в номере сидеть намыленной? – директриса быстро смекнула куда я клоню.

Хотя тут смекать особо нечего – вон вижу, как она раскраснелась, синьор Помидор из повести о Чиполино. По делам ей, это же не я по коридору полуголый ходил. Болтать об этом я никому не болтал, да и не собирался, а вот Аннушка таких подробностей говорить не стала, чтобы хоть как-то себя оправдать. А могла сказать. Да, я понимаю, что она боится Оксаны Вадимовны, потому что не хочет это место в столовой летнего лагеря потерять.