Современные тюрьмы. От авторитета до олигарха

Контрразведчики, в частности «Альфа», взяли с собой секретное оружие, которым они делиться ни с кем не собирались.

Все переговоры велись по специальным рациям, которые предоставили и выдали всем участникам операции сотрудники ФСК. Они работали на специальной частоте, которая не позволяла перехватить сигнал чужим, в том числе и милицейским устройствам. При этом каждый выход на связь фиксировался по секундам и записывался на специальный диктофон – своеобразный «черный ящик» для последующего контроля. Такими рациями пользовались только сотрудники ФСК.

После получения сигнала о том, что группа криминальных авторитетов вошла в здание Бутырки, все организаторы предстоящей операции сообщили командирам силовых спецподразделений, что они приглашены для задержания и последующего ареста криминальных авторитетов, незаконно проникших в следственный изолятор. До этого командиры спецподразделений даже не знали, зачем они здесь. Они думали, что это будет подавление бунта или предотвращение массового побега.

Но что они будут участвовать в захвате людей, незаконно проникших в Бутырку, им даже в голову не приходило.

Полковник ФСК сказал, что операция начнется ровно в 0 часов 40 минут.

– Будем действовать так, – произнес он, наклонившись над планом следственного изолятора. – Мы и вы, – он указал на работников РУОПа, – пойдем через главные ворота. Первыми пойдут шесть офицеров «Альфы» через КПП. «Игла» – он указал на отряд СОБРа, – проникнет в здание, блокировав кабинет дежурного помощника начальника сизо, через ворота со стороны Новослободской улицы… Да, – обратился он к капитану ОМОНа, – там, во дворе, двое пьяных на лавочке сидят, так вот, это наши оперативники.

Прошу с ними быть поласковее. В штабе останутся мой заместитель, – полковник указал на офицера ФСК, – и по одному человеку от РУОПа и следственного комитета. И конечно, дежурный следственного управления, который любезно предоставил нам столь прекрасное помещение, – пошутил полковник.

До начала операции оставалось десять минут.

Все сверили часы.

Алексей стоял около окна следственного кабинета, закрытого мощной решеткой, и всматривался в тюремный двор. Давно стемнело. Тюрьма перешла в режим отбоя, но во многих камерах работали телевизоры – показывали эстрадную программу.

Со стороны тюремного двора доносились голоса заключенных: одни искали своих подельников, другие переговаривались с соседями по камерам и передавали друг другу новости.