Имам Шамиль. Том первый. Последняя цитадель

Билай лазун! Являясь одновременно всем в одном лице: и правителем государства, и духовным вождём Кавказа, Имам тем самым поднимался, как монументальная твердыня над всеми другими скальными грядами – структурами военизированной администрации и горского общества, и становился естественным звеном связи между народом и Всевышним Творцом.

Уо! При Шамиле мобилизация горских сообществ достигла воистину грандиозных, невиданных доселе размеров. Лишь один Северо-Восточный Кавказ содержал шеститысячную армию всадников Имама и семидесятитысячное ополчение.

Все мужчины от 16-ти до 60 лет несли военную повинность. Хай, хай… Даже женщины были обязаны иметь пики-хеч с отточенными железными остриями.

Проявившим в сече трусость пришивали на одежду кусок яркого войлока. Отменно видного издалека. Избавиться от сей позорной отметины и общественного презрения можно было лишь доказав свою храбрость. Нередко ценой жестоких ран, пролитой кровью, но чаще смертью в бою.

Как не прискорбно, но Кавказская война в большей степени была связана не столько борьбой горцев и русских, как принято считать, сколько постоянной войной горцев между собой. Так говорят источники, так говорят очевидцы. «Если уши хозяина глухи, а глаза слепы, это не значит, что другие не слышали и не видели обвал в горах». Увы, единой силы против Российской Империи ни Шамиль, ни его предшественники и последователи выдвинуть не смогли. А потому в период Шамиля, масштабы и контуры его Имамата постоянно менялись, в зависимости от военных успехов и поражений.

В результате чего границы были подвижными, а «плеть и слово» власти – весьма эфемерными, поскольку степень их устойчивости во многом зависели от способности самого Имама и его наибов силой оружия и страха подчинить свей воле разные свободолюбивые племенные сообщества-тухумы и тейпы.

И право дело: «едва ли не все военные успехи Шамиля сводятся к карательным походам против своих единоверцев.

Причём! – Повелителю правоверных приходилось действовать куда как более жестоко, чем генералу А.П. Ермолову, А.И. Нейдгардту или князю А.И. Барятинскому, именами которых матери-горянки пугали своих малолетних детей.

Волла-ги! За инакомыслие, за связь с «урусами» – рубили головы, хотя русские войска передавали нуждающимся продовольствие, одеяла, хозяйственный инвентарь, а так же оказывали бескорыстную медицинскую помощь.