Заплачено кровью. Трагические события первого года войны

Капитан Лебедев уже лежал за санитарной палаткой, раненый в грудь и в плечо, из шестой роты сообщили, что убит ее командир лейтенант Петров, потери большие везде, да Корнилин видел и сам, как танки крутились на окопчиках, догоняли и давили выскакивавших из них пехотинцев. Не в силах изменить ход боя или хоть как-то повлиять на него, Корнилин то и дело кричал в трубку, чтобы остановили два танка, прорвавшихся на левом фланге, отсекали пехоту, не давали ей подняться. Но его команды или не выполнялись, потому что их было невозможно или некому выполнять, или просто не воспринимались.

Почувствовав невероятную усталость, Корнилин взглянул на часы: «Еще только пятнадцать минут боя?».

Справа через окопчик прошел танк и, набирая скорость, устремился на орудие, стоявшее к нему боком. Корнилин видел, как расчет развернул орудие градусов на тридцать, как первым же снарядом зажег танк метров со ста, как с другого танка выстрелили из пушки поднялся столб земли с дымом слева, потом справа…

– Лейтенант! – закричал Корнилин, не понимая, что вряд ли его услышат в таком грохоте.

 – Ты в вилку попал! Ложись!

Но лейтенант, чуть пригнувшись, скомандовал «Огонь!» и через секунду исчез в разрыве. «Ужас! Неужели так бывает!» – оцепенел Корнилин.

В окопчик к нему кто-то спрыгнул. Корнилин быстро оглянулся – майор Фроленков.

– Где комбат?

– Капитан Лебедев ранен, я за него, – доложил оторопевший от неожиданной встречи с командиром полка Корнилин.

Майор Фроленков, мужчина подвижный и шумный, одним своим появлением, как показалось Корнилину, разрядил обстановку.

– Ну что: артиллерия работает прекрасно, цели искать не надо. Сколько горит? А, и потом сосчитаем! Никто не прорвался? Справа и слева им не обойти – лес и овраг. Пехота держится… Потери в любом бою, главное – дело сделать! Связь со всеми ротами есть?

– Сейчас только со второй. Рвется то и дело, товарищ майор.

– Это бывает, – и, махнув адъютанту рукой, чтобы следовал за ним, Фроленков ловко вылез из окопчика и побежал на левый фланг батальона, в первую роту.

Там, на исполосованном гусеницами поле, стоял и густо дымил легкий танк, разваливший до этого не один окопчик и все же подожженный кем-то из пехотинцев. Метрах в ста от него стояли еще два немецких танки и стреляли с места, перепахивая почти в упор неглубокие окопчики с согнувшимися в них в три погибели оглушенными пехотинцами.

Из-за танков постреливали автоматчики, не давая бойцам поднять головы.