Рассвет кровавой удачи

Массивный кусок пластида, который мы умудрились выудить из погребов нашего здания и аккуратно доставить к месту события, занял своё место и был приведён в действие, едва мы успели спрятаться по углам. Раздался громогласный взрыв, и броне-пластина со скрежетом вмялась во внутрь, но выдержала. Ни дырочки.

– Да чтоб тебе пусто было! – закричал Дрейвен и вскинув ШГ-11 начал палить в дверь. Череда взрывов пронеслась по району и стихла только тогда, когда в дисковом магазине исчерпался боезапас подкалиберных гранат.

Тяжело дыша Дрейвен сменил пустую улитку на снаряжённую, не спуская прицела с тёмного облака дыма, что окутало дверь. Точнее то, что от неё осталось. Долго не думая я сорвал с пояса пару ЭМ-гранат и вырвав из каждой чеку, закинул в образовавшуюся дыру. Прошуршало два мини-взрыва, и мы завалились в здание. Тут нас встретили огненным шквалом из множества стволов всех калибров и конфигураций: начиная от простетских скорострельных «Сверчков» и оканчивая полновесными ШГ-14 «Рука Смерти» с разрывными и вакуумными патронами. Мы в мгновение ока заняли удобные огневые позиции и вели прицельный огонь по очагам сопротивления. Кана стреляла из своего револьвера, Дрейвен крыл кассетным подколибром своего «Орлёнка», Биска вела прицельный огонь по движущимся мишеням из подобранного излучателя, ну, а я выцеливал снайперов, укрывшихся на втором этаже здания и поочерёдно снимал их. Мне сразу вспомнились былые деньки службы в космопехоте: я всегда обращался с оптикой лучше сослуживцев и поэтому всегда выступал в роли снайпера-самоучки. Эх, были же времена… Из раздумий меня вырвала резкая боль в плече. Я инстинктивно спрятался за укрытие и мельком осмотрел плечо. Из него торчал средних размеров осколок обычной гранаты ШГ-14. Резким движением вырвав осколок я зажал рану и продолжил вести огонь из подобранного с трупа эльбан, упавшего рядом с местом где я спрятался, лёгкого репульсарного пистолета.

– Почти всё! – закричал Дрейвен, выходя из укрытия и идя в атаку в полный рост.

Кана и Биска последовали его примеру. Сменив обойму, я аккуратно подобрал использованный магазин, раскалённый до пятиста градусов, и что было силы прислонил к ране. Живое мясо нестерпимо начало жечь. Я еле сдерживал крик невыносимой боли, но я знал– так надо. Наконец отбросив злополучный кусок раскалённого метала, я присоединился к товарищам, и мы все вместе продолжили продвигаться в глубь вражеского логова.