Держава

Это гвардия в резерве прохлаждается, – вспомнил Рубанова.

– Зато без наград останутся. Уже некоторые итоги подбили, – выплеснул остатки чая в угол избы. – Согласно статистическим отчётам генштабистов, в Луцком сражении трофеи нашей армии составили пленными девятьсот с лишним офицеров, почти сорок четыре тысячи нижних чинов, шестьдесят шесть орудий…

– Число дьявола, – успел вставить Дубасов. – Может, мы его разоружили?

Пропустив гипотетическую сентенцию приятеля мимо ушей, Антонов продолжил перечень:

– Семьдесят один миномёт и бомбомёт, а так же полторы сотни пулемётов.

Думаю, что это не все, – укоризненно глянул на друга. – И шёпотом, не для посторонних ушей, комдив поведал, что бо'льшая часть неприятельской артиллерии – чуть не триста пушек и мортир, могла бы стать нашей, ибо осталась без прикрытия за гибелью либо бегством своей пехоты. Но вся наша конница гарцует по брюхо в воде по ковельским болотам, и потому некому, как пишут поэты: пожать плоды победы. На луцком направлении находится лишь Двенадцатая кавалерийская дивизия. Её начальник барон Маннергейм просил Каледина разрешить преследование разгромленного врага, но получил отказ.

– Недаром офицеры говорят, что став главными военачальниками, Брусилов с Калединым забыли, что были когда-то кавалеристами… Ефимов. Петька! Ставь ещё чайник, – распорядился Дубасов.

– К сожалению, штаб Юго-Западного фронта, как сообщил мне приятель, стал отказываться от нанесения главного удара на луцком направлении, согласуясь с требованием генерала Алексеева предварительно разделаться с Ковелем.

Боюсь, что эта победа станет нашей кровавой Лебединой песней в Великой войне, – закашлял Антонов, приложив к губам платок. – А число дьявола – три шестёрки, потому навряд мы его разоружили.

Вскоре Россия узнала из газет, что количество пленных, захваченных четырьмя армиями генерала от кавалерии Брусилова составило: 24 мая – 41 тысяча человек; 26 мая – 72 тысячи; 28 числа – 108, а 1 июня перевалило за 150 тысяч человек.

И это всего за неделю боёв.

Но сказывались неиспользованные возможности Луцкой победы.

Неприятель спешно подтягивал войска, снимая их откуда только возможно.

В начале лета уже 8-й армии пришлось отбиваться от яростных атак 18 австро-венгерских дивизий.

– Весело живём, – не унывал Дубасов. – Чаю попить некогда.

– Держись, – поддерживал его Антонов. – Наш главком направил Каледину только что подошедший Двадцать третий корпус. Так что скоро полегче будет.

Так и получилось.