Держава. Том 3

Перед входом в Портретный зал, где собрали на аудиенцию рабочих, императора ждали барон Фредерикс, Трепов, дворцовый комендант Гессе и несколько человек Свиты.

Когда император в сопровождении сановников вошёл в зал, рабочие, по русскому обычаю, низко поклонились ему – Трепов раз десять показал, как это следует делать.

Достав бумажку, Николай прочёл составленную генерал-губернатором речь – заучить поленился, да и не было времени: «Я призвал вас для того, чтобы вы могли лично от меня услышать слово Моё, – что-то слишком на-пыщенно, – подумал он.

 – Прискорбные события с печальными, но неизбежными последствиями смуты произошли оттого, что вы дали себя вовлечь в заблуждение и обман изменникам и врагам нашей родины…»

Слушая императора, рабочие вздыхали и крестились.

Закончив речь и сунув шпаргалку в карман, царь подошёл к ним и заговорил просто и понятно:

– Приглашая вас идти к Зимнему, где меня в тот день не было, враги государства подняли вас на бунт… Ведь идёт война и все истинно русские люди обязаны не покладая рук трудиться, чтоб одолеть супостата.

А вы ему помогаете.., – с удовольствием заметил, что некоторые покраснели от стыда, а кое у кого на глазах вступили слёзы.

После приёма их отвели в Знаменскую церковь, а потом в здание лицея, где сытно накормили обедом, одарив подарками на память, и вручили отпечатанный на гектографе текст царской речи, отправив затем на экстренном поезде в Петербург.

На перроне счастливчиков уже встречали…

– Вы что, головою ослабли? – когда отошли от вокзала, выбил у одного из депутатов подарок и растоптал его Северьянов.

– Теперь станете рабочим внушать, какой добрый царь-батюшка и какие мы злыдни, коли пошли его беспокоить девятого числа, – ударил другого рабочего Шотман.

Стоявший рядом с ним Дришенко обличительных слов не нашёл, а просто стал избивать пожилого работягу с Путиловского завода.

– Мы тут бьёмся с лавочниками, чтоб цены на керосин не поднимали, на свечи и хлеб, а вы к царю на поклон, – метелил следующего депутата Шотман.

– Николашка что ли позаботится, чтоб лабазники лишнюю копейку с вас не брали, – обрабатывал кулаками работника с Невского судостроительного Северьянов.

После проведённой воспитательно-разъяснительной работы ни один из депутатов на работу после забастовки не вышел, боясь угроз и избиений.

Часть из них покинула Петербург, а некоторые даже сменили фамилии.

«Неча по царям ездить!» – было общее трудовое мнение.