Железный поход. Том четвёртый. Волчье эхо

Так должны поступать и мы, отбросив все предрассудки нравственности и прочие гримасы цивилизованного общества. Перед нами жестокие злобные дикари, для которых решительно нет ничего святого. Ни уважения к иной вере, ни к пленным, ни к женщинам и детям, наконец. Все это бесчинство и «людоедство» мы терпим вот уже тридцать лет! А посему я убежден, что нам следует держаться доктрины[25 - Учение; научная или философская теория; система; доктрина Монро – «Америка для американцев» – принцип внешней политики США, установленный в 1823 году президентом Монро; в момент своего провозглашения, когда США были еще слабым государством, доктрина Монро была направлена против опасности агрессии со стороны крупных европейских держав, но уже в XIX в.

эта доктрина превратилась в орудие империалистической политики американцев.] наших североамериканских коллег: «Хороший индеец ? мертвый индеец. Убивать всех подряд! Не жалеть ни женщин, ни детей. Из гниды вырастает вошь!» Ведь ровно так с нашими мирными поселенцами поступают эти варвары.

? Боюсь, как бы нам не пришлось пожалеть о сем, ваше сиятельство. Не в духе русского солдата быть душегубом женщин и детей.

? А вы не бойтесь. ? Граф упорным и значительным взглядом воззрился на продолжавшего стоять Фрейтага. ? Вы, любезный, генерал или сестра милосердия?

? Но… как же быть… с уважением к противнику? ? сыграв желваками, сухо заметил Фрейтаг.

? Полноте, Роберт Карлович… Вы разве с французами или австрийцами воюете? ? язвительно спросил главнокомандующий, щуря голубые глаза. ? Не забывайте, Россия ? Империя. А Империя не смазливая барышня, чтобы ей объяснялись в любви. Империи плевать на обморочные вздохи и осуждающее мнение других. Это ее обязаны уважать за силу и мощь. Либо она… заставит себя уважать! Увы, во все времена мир признает только силу и остроту стали.

Аскетичное лицо графа осветила приятная улыбка.

Очевидно довольный пафосом сказанного и тем, с каким почтением его слушал прославленный генерал, он вновь перешел на привычный покровительственный тон.

? Вы еще молоды, мой отважный друг, а посему доверьтесь моим сединам. Любое «право», любое «табу» сметается под шагом прогресса. Знайте и то, что на нас возложена Богом великая миссия вырвать этих несчастных дикарей из пут варварства и заблуждений.