Русь Святая, где же ты?

У неё своя логика, свой характер, свои цели, даже свои «капризы»… Но самое характерное – она по-своему последовательна: сказав А, она непременно затем произносит и Б, и следует далее…

Её коронный ход – произвести на свет некое ключевое событие, сдвигающее отсчёт времени, изменяющее мирочувствие людей: после чего идёт уже иной отсчёт, иные координаты («до» и «после»). Генеральное историческое сознание («национальное самосознание») после свершившегося события становится иным.

Кроме того, ключевое событие – это особый исторический текст, некая памятная матрица, символическое «сообщение» моментально воспринимаемое народным сознанием.

Как негодующе писал H. A. Бердяев: «история держит человека в плену». Однако этот «плен» можно понимать как некий инкубатор, «высиживающий» грядущих своих творцов. Отец Сергий Булгаков по этому поводу писал: «История совершается в пределах творения (Божьего – автор)… В этом смысле история есть известное состояние становящегося бытия, в него определённо включённое, как бы дополнительное творение мира в нём самом»[2 - Протоиерей Сергий Булгаков.

Невеста Агнца. М. 2005. С. 339–340.]. И далее заключил: «Мир проходит путь своего бытия вместе с человеком, который творчески себя самого в этом осуществляет»[3 - Там же С. 344.]. Таким образом: «История является в этом смысле самотворчеством человека в мире»[4 - Там же С.  339–340.].

Великие слова! Но как это происходит? Как разобраться в историческом тайнодействии? Что чем движет, и кто правит бал?

Историческое тело цивиты

Итак, история имеет свой характер, свою последовательность в движении к некоей загадочной цели, свой норов и т. д. – живёт и действует, как если бы была существом (разумным ли? – об этом в дальнейшем изложении), квази-личностью. Она неизменно проявляет черты чего-то (или кого-то?) целостного и целеустремлённого.

Разве можно это относить ко всей диссипативной истории рассеянного по всей планете человечества? И вообще, как это понимать?

К счастью, историки (и в первую очередь «цивилизационники»: Н. Я. Данилевский, К. Леонтьев, Шпенглер, Тойнби…) давно осознали, что нет единой мировой истории; что история – не сплошной поток событий и деяний планетарного человечества.