Случайный взгляд

Сопровождающий нервно рассмеялся.

– Нет больше такого дома, – ответил он. – И четырнадцатого и пятнадцатого нет. Шестнадцатый пока держится, но думаю, продержится недолго. Слава Богу, успели эвакуировать его жильцов.

– А эти три?

– Тринадцатый, четырнадцатый и пятнадцатый …? – Всех, кто был в них – начисто …, кроме Прасковьи Ивановны. – Не успели приехать…, спасти…

– А Семёныч?

– Кто такой Семёныч?

– Бригадир аварийной службы – Фёдор Семёнович и пять человек рабочих с ним?

– А…, эти…. – Они были первыми.

В этот момент, Николай Кузьмич, потерял нить происходящего и перестал мыслить адекватно. Сопровождающий его человек, рассказал настолько много, что большая часть сказанного осталась за границами здравого смысла. И Николай Кузьмич, цепляясь за полученную информацию, тоже покинул эти границы.

Странная злость накатила на него, и он почти возненавидел человека в камуфляжной форме.

– А откуда такое пренебрежение? Надел камуфляж, автомат поперёк пуза повесил и считаешь, что можно вот так небрежно рассуждать о жизни и смерти хороших людей? – зло и вызывающе спросил он.

– Ты чего Степанов, совсем страх потерял?

– Какой к чёрту страх? Расстреляешь меня, а командир твой – забыл? – Тебе меня нужно в штаб доставить для допроса. – Сука! – Эти… Ты хоть знал, что за человек Семёныч был, чтобы так говорить? Нам с тобой до него три года раком…

– Ты, Степанов…

– Я тебе не Степанов, а Николай Кузьмич и не тыкай мне урод… – за Фёдора я тебя сам в блин раскатаю.

 – Крайних нашёл. Люди приехали аварию устранять – по моему приказу приехали, а напоролись непонятно на что – погибли, если, конечно, тебе можно верить… – Как герои погибли…, а ты – Эти…

– Ладно, Кузьмич, не кипятись, я тоже друзей терял, понимаю, но и ты меня понять должен, смотри, что произошло, – сопровождающий кивнул куда-то вперёд.

Николай Кузьмич невольно последовал за его взглядом.

В первый момент он ничего не увидел.

Несколько редких деревьев маленького сквера, оказавшихся перед ним, рассеяли его внимание, но приглядевшись…

– Этого не может быть, – прошептал он.

Но оно было.

За сквером просматривалась рваная кромка зелёного газона, а сразу за ней – чернота провала. Дальше, метрах в пятистах провал заканчивался, но на границе провала сразу два пятиэтажных дома – целых, и от этого картина выглядела ещё страшней, сползли одним краем за границу образовавшейся пропасти, а вторым, смотрели почти вертикально вверх.