Ангелы и демоны российской власти. Монархи и фавориты

По некоторым указаниям, Евдокию заставили присутствовать при казни и не давали закрывать глаза и отворачиваться. После этого были казнены все сторонники Евдокии, а остальные, сочувствовавшие ей, монахи и монахини суздальских монастырей – крутицкий митрополит Игнатий (Смола) и многие другие – были биты кнутом и сосланы.

Игумения Покровского монастыря Марфа, казначея Мартемьяна, монахиня Каптелина и несколько других монахинь были осуждены и казнены на Красной площади в Москве в марте 1718 года.

Собор священнослужителей приговорил саму Евдокию к избиению кнутом в их присутствии. 26 июня 1718 года умер царевич Алексей, а в декабре был казнён её брат – Абрам Фёдорович Лопухин.

В 1718 году она была переведена из Суздаля сначала в Александровский Успенский монастырь, а затем в Ладожский Успенский монастырь, где 7 лет жила под строгим надзором до смерти Петра I. В 1725-м её отправили в Шлиссельбург, где Екатерина Первая держала Евдокию в секретном заключении как государственную преступницу, представлявшую угрозу для новой императрицы, чьи права на трон были сомнительны по сравнению со своим мужем.

После воцарения Петра II Евдокия была с почётом перевезена в Москву и жила сначала в Вознесенском монастыре в Кремле, затем в Новодевичьем монастыре в Лопухинских палатах. Верховный тайный совет издал Указ о восстановлении чести и достоинства царицы с изъятием всех порочащих её документов и отменил своё решение от 1722 года о назначении императором наследника по собственному умыслу без учёта прав на престол, чему усиленно сопротивлялся Меншиков.

Ей были даны большое содержание и особый двор. На её содержание было определено 4500 рублей в год, которое после приезда Петра II в Москву было увеличено до 60 тысяч рублей ежегодно. Однако никакой роли при дворе Петра II она не играла.

После его смерти в 1730 году возник вопрос, кто станет его наследником. Существуют свидетельства, что Евдокия Фёдоровна отказалась от престола, предложенного ей членами Верховного тайного совета.

Двоюродный брат Евдокии Степан Лопухин вспоминал: «Когда государь император Пётр Второй скончался, тогда меня, призвав, фельдмаршал князь Голицын, князь Димитрий Голицын да фельдмаршал князь Долгорукий спрашивали, не подписывал ли Его Величество какой духовной. И я сказал: „Не видал“, и притом они имели рассуждение, кого выбирать на престол.