Царский угодник

– А эту колбасу зачем в заезд поставили? – услышал Распутин недовольный возглас: по поводу Монахини прошелся щеголеватый господин в соломенной шляпе, украшенной красной искристой лентой.

Распутин довольно кивнул.

– Совсем господа из конторы ипподрома стыд потеряли, – продолжал господин в шляпе, – консервы бегать заставляют.

Но Монахиня так резво начала с места, что господин в шляпе даже привстал – ее рывок был как у снаряда, Монахиня бежала так, будто бежала в последний раз, и этот рывок старой лошади вызвал у Распутина приступ щемящей, почти детской обиды, тоски.

Он тоже, как и господин в шляпе, привстал, покрутил головой и, чувствуя, что не хватает воздуха, со свистом втянул его в себя, неверяще покачал головой.

Он не верил, что дряхлая, со скрипучими костями кобыла придет первой, а раз не придет, то и деньги, которых он не желал, не будут проедать дырку в кармане. Впрочем, деньги-то пусть будут – Распутин не желал выигрыша, заранее боялся его, чувствуя в нем подвох.

Успокоенно сел, кинул в рот несколько семечек: нет, не может старая кляча обхитрить, обойти молодых, здоровых кобыл. В жизни так не бывает.

Громко засмеялся, покрутил головой.

– А Феликс-то, Феликс… – смеясь, произнес он и замолчал.

– Что «Феликс»? – осторожно спросила Лебедева.

– Феликс Юсупов, который князь и граф одновременно <см. Комментарии, Стр. 52…князь и граф одновременно >, сказал, что такое лицо, как у меня, может появляться раз в тысячу лет.

Действительно, князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, объясняя колдовскую, посильнее гипноза, силу, с которой Распутин действовал на царицу, а через царицу действовал и на царя, – не раз вслух высказывал в обществе следующее: «Лицо с такой магнетической силой, как у Распутина, появляется раз в тысячу лет».

И те, кто знал механизм, который Распутин в случае чего мог приводить в действие, пружины, колеса и мощную силу его, принимали заявление Распутина насчет того, что Россия не станет воевать с Германией, всерьез.

Даже если страны Антанты, с которыми Россию связывал союзнический договор, Франция и Англия, призовут Россию к выполнению этого долга, русский медведь все равно не сдвинется с места – Распутин не даст царю принять такое решение.