По следам Штирлица и Мюллера

Эту операцию курировали лично Людендорф и начальник военной разведки полковник Николаи, в окружении Ленина давно уже действовала команда немецких шпионов и агентов влияния. Усилилось финансирование большевиков через Швецию и Норвегию, они смогли завалить всю страну своими газетами и листовками. Русская армия оказалась совершенно разложенной, «самодемобилизовывалась», растекаясь по домам. От бестолковых болтунов Временного правительства народ отвернулся. А большевикам после захвата власти пришлось расплатиться со спонсорами Брестским миром.

Немцам и их сателлитам отдавали Прибалтику, Финляндию, Украину, Польшу, Закавказье, Крым, возвращали 2 млн пленных, с ними заключили кабальные обязательства о поставках продовольствия и сырья.

Это позволило Германии, Австро-Венгрии, Турции и Болгарии продержаться еще год. Весной 1918 г. кайзеровское командование наметило мощнейшее наступление во Франции. Для этого концентрировались все резервы и ресурсы, накопленные за год. Строились расчеты, что удар станет решающим, позволит переломить ход войны, взять Париж, и вынудит противника просить о мире.

В апреле 1918 г. прибыл на фронт и Мюллер – Людендорф собрал на острие удара все сформированные авиагруппы. Как описывают участники этого сражения, оно началось настоящей мешаниной в воздухе. Трещали моторами сотни самолетов – «ньюпоры», «сопвичи», «вуазены», «фокке-вульфы», «месершмитты», «альбатросы», «спады», «бристоль-файтеры», «юнкерсы». Бросали бомбы, резали друг друга пулеметными очередями.

Мюллер показал себя блестящим пилотом. «Гадкий утенок» превратился – нет, не в лебедя, а в орла. Сильного и уверенного в себе хищника. Хотя воздушные операции были крайне опасными. Авиатехника была еще несовершенной, нередко выходила из строя. Полет бомбардировщика в глубину неприятельской территории сам по себе был подвигом. А французы и англичане уже вовсю разворачивали систему ПВО. Их города прикрывались истребителями, зенитными батареями и пулеметами. Или обычные трехдюймовые пушки устанавливались на специальные станки и били в небо шрапнелью, ставя на пути самолетов смертоносное заграждение.

Большие тихоходные машины, летевшие со скоростью 100–120 километров в час, были прекрасными мишенями, и на аэродромы возвращались далеко не все.

Но Мюллер не брезговал сам вместе с механиками проверять мотор, вооружение и другие системы. Несмотря ни на какую усталость от прошлых боев, сам тщательно готовил машину к новым вылетам.