Мститель. Офицерский долг (сборник)

Шаг, разворот, стук – и мертвый полицай, протянувший руку к винтовке, прислоненной к стене, повис на почти полностью вошедшем в его тело лезвии. И только тогда я сообразил, что невесть откуда взявшийся штык капитан вытащил из ножен, висевших на поясе третьего полицая, при развороте. Войти в дом, мгновенно оценить обстановку, моментально убить троих противников, найти себе дополнительное оружие и воспользоваться им? Я был потрясен. На казнь четверых полицаев ушло менее тридцати секунд.

А лимонки под трупами? Этот элементарный способ минирования поразил меня до глубины души.

Это было так просто, логично и эффективно. Ведь основная цель, убивать врага, достигается сама, с помощью этого самого врага, а заминировать труп таким образом сможет даже самая юная девушка из нашего сборного отряда. И ведь этого никто не ждет.

Ромашками же капитан меня просто растоптал. Я думал, что он тронулся умом от того, что увидел и делал в деревне, а капитан, делая это, объяснял всем, что да как, и почему он это делает.

Спокойно, как на лекции, и логично, и опять красиво. Жутко красиво. Жестоко убивать противника, признаваться в содеянном зверстве и расписываться при этом? Это не укладывалось у меня в голове. Такое мог сделать только человек, абсолютно презирающий и противника, и саму смерть.

Уже уезжая с ним на мотоцикле, я обернулся, проводил взглядом удаляющуюся кучу мертвых немецких солдат с увядшим уже кустиком ромашек и понял: я хочу так воевать, а дальше будь что будет.

Эту идею с обозначением мест, где отметился отряд, я взял у популярного в моем времени сериала и посчитал для себя обязательной. Мне крайне необходимо, чтобы немцы знали о наличии нашего отряда и боялись только одного моего боевого имени. На эту скромную цифру мы станем списывать все зверства, которые будем творить в отношении захватчиков и их пособников. Просто потому, что я лично считаю, что слишком много карателей и их помощников выжили в той войне, если они даже в наше время позволяют себе гордо выходить на парады, потрясая наградами, выданными им за убийства детей.

Такое ни понять, ни простить нельзя, сколько бы времени после этого ни прошло.

Вот и сейчас я очень надеюсь, что вид кучи голых трупов сильно «порадует» наших «партнеров». Ничего личного. Мне просто надо было проехать. Знал бы язык, написал бы это на бумажке, свернул бы в трубочку и в задницу кому-нибудь вставил, а пока, ребята, извините, только ромашки.