Мыслители Испании. Г.M. де Ховельянос. Время. Жизнь. Идеи

Madrid. 1946. T.III. (129). P. 69–71; 77–82. См. также: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. M.-JL, 1935. T. I. С.212; Т. II. С. 407, 408.В отечественной исторической литературе об этом вопросе см., напр., в: Литаврина Э.Э. «Революция цен» и государственные финансы Испании в XVI–XVII веках // Проблемы испанской истории. М., 1979. С. 213–230.].

В сложившейся таким образом чреватой угрозой национальным интересам ситуации «просвещённый абсолютизм» Карлоса III переставал всецело быть политическим инструментом традиционной аристократии.

В итоге идеология испанского Просвещения акцентировала внимание общества, но главным образом высших его слоев, на необходимость развития «третьего сословия» в целях упрочения государственности «просвещённого абсолютизма».

Испанское Просвещение, в отличие от французского, не было производным от общественно-политической ориентированности «третьего сословия», но от различных группировок реформофильской преимущественно аристократии. Объективным их стремлением было соединить новые просветительские и отчасти консервативно-либерально-буржуазные ценности с патриотическими традициями; провести модернизацию общества с учётом национальной специфики; приблизиться в своём хозяйственном развитии к европейскому уровню, не разрушая при этом сложившихся в королевстве религиозно-бытовых традиций.

Просветительско-рационалистическая мысль Испании при всех её положительных сторонах в хозяйственно-практических и культурно-образовательных устремлениях соседствовала и переплеталась, в отличие от французского рационализма, с католическо-теологической догматикой, не порывая с ней, искала компромисс между Знанием и Верой, в котором предпочтение не всегда и не во всем отдавалось Знанию.

Проповедь безбожия, воспринимавшаяся и получавшая отклик в Париже, не находила места в Испании с её сильнейшим католическим менталитетом, и к тому же и вследствие того – её некому было распространять и не к кому с нею обращаться.

Почти не поколебленная рационалистическими, материалистическими идеями или сомнениями приверженность Церкви составляла неотъемлемую черту и прагматических экономических обществ, и университетов, часть которых или часть факультетов которых, несмотря на исходившие от королевской власти предписания идти в учебном процессе в ногу с веяниями времени, продолжала вращаться в сфере средневековой схоластики[6 - Navarro Е.

La Historia de Espa?a. Madrid, (s.a.). P.470.].