Мыс Конушинская Корга

Будем вести взаимную торговлю и дружить.

– Я рад, что вы нашли общий язык. Теперь пойдём к нам пить чай.

– Нет, сегодня я чай пить не буду, сразу уеду, в другой раз.

– Как скажешь…

Разговаривая, они быстро дошли до упряжки. Отдохнувшие олени, почувствовав путешествие домой, стояли в ожидании хозяина. Илья без долгих проводов отвязал тынзей от саней и сходу в них брякнулся, взмахнув хореем. Олени сразу понеслись, не ожидая напоминаний от хозяина, в сторону чума.

К Виктору подошла Вера Кулик, по национальности украинка, но на станции её почти никто по имени не звал, все называли Хохол.

Вера была относительно молода, как все, и не замужем. Она отличалась умением готовить, шутить и не унывать.

– А что гость у тебя уехал сегодня без чаю? – спросила она.

– Отказался, а силой поить я не умею, а ты вышла, когда он уехал. Что не вышла к гостю, не приголубила?

– У него жена и куча детей, пусть она и голубит, а я девушка скромная, глупостями не занимаюсь. Приходите на блины, я сейчас буду их печь или я приду к вам вместе с блинами.

– Блины мы съедим, не беспокойся и напеки больше, чтоб всем хватило и холостым тоже. Иван тарелку очистит быстро.

– Напеку!

– Пеки, считай, что получила прямое указание начальника станции.

– Ты, Виктор, вне работы указание давай жене, а я пока не ручная и приказы не исполняю.

– Приручим, об этом тоже можешь не беспокоится.

Вера ушла к себе в комнату. Вскоре чудный запах распространился на всю станцию. На запах пришёл маленький Валерка.

Он посмотрел по сторонам и, убедившись, что никого нет, приоткрыл тихонько дверь и в щель стал наблюдать за выпечкой блинов, но долго утерпеть не мог:

– Тётя Верочка, моя красавочка, моя любимочка, дай блинчика, – жалобно попросил он через приоткрытую дверь.

– Заходи, заходи, Валерик, – любезно пригласила Вера, – Тебя угощу первым.

Ребёнок получил блин и довольный пошёл к выходу, но выйдя, снова приоткрыл дверь и крикнул:

– Тётка Верка, моя красавка, моя любимка, хахов!

Он не понимал значения этого слова, но слышал, как Веру все называют именно так.

Мальчик тут же захлопнул дверь и выбежал с блином с чувством исполненного долга на улицу. Он не понимал, что, когда съест блин, снова надо будет обращаться к тёте Вере. С другой стороны, он этот фокус проделывал не первый раз и не сомневался, что сумеет выпросить очередной блин.

Однообразная жизнь станции в этот вечер превратилась в праздник.