Загадка Симфосия. Исторический детектив

 – Господь даст, еще погуляем на свадебке!?

– Грешно балагурить, отче, – провожатый мой истово перекрестился, – в церкви треба по рабу божью Захарии. Жил вот, и нет человека. А ведь еще овчерась догнал и подзатыльник мне отвесил. Да я не сержусь на него, – и паренек обиженно шмыгнул носом.

– Что так, – изумился я, – поди, не в годах усоп?

– В том-то и дело! Да и не своей смертью опочил, лиходей укокошил.

– Вона как? А кто таков покойник?

– Да отец библиотекарь. Нашли в келье с проломанной башкой.

Я ходил смотреть. Крови особо и нет, но удар расчетливый, под самый мозжечок. Начальство с рук сбилось, второй день убивца ищут, да что-то не клеится у них.

– Неспокойно у вас, как я погляжу? Не дело, в обители смертоубийству приключиться, – помедлив, добавил, – а, сколько лет-то убиенному?

– Да не старик еще, сорока нет. Его совсем недавно, поди месяца три-четыре, поставили начальствовать в скрипторий. Он раньше в помощниках библиотекаря ходил. А когда Ефрема библиотекаря, вместе с прежним игуменом Мефодием мадьяры загубили, царство старцам небесное, – инок положил широкий крест, – тут Захарию и рукоположили.

Однако господь не привел развернуться.

– Какие ты, однако, Акимий, страсти рассказываешь! Не знал, что такая жуть у вас творится. А почто венгры то злодейство учинили? – я заинтересовался уже по-настоящему.

– Ну, как? Ведь в Галиче до недавней поры Андрей угорский сидел. Ты что, в самом деле, ничего не ведаешь? У нас тут, отче, такие дела деялись, не приведи господь.

Как старый князь Ярослав богу душу отдал, так и пошло-поехало! – Малый разговорился. – Да ты погодь малость, сейчас коней поставим, я тебя просвещу…

Мы вошли в стойла. Пока искали в коновязи местечко, пока снимали упряжь, пока засыпали овса лошадкам, к слову, ядреный овсец в обители, – прошло с полчаса. Наконец, Аким потянул меня за рукав, дескать, пошли, провожу до приюта. Я с нетерпением понудил парня продолжить прерванный рассказ. И вот, что узнал:

– Осмомысл (9), ощутив неотвратимость смерти, дня за три до кончины призвал бояр и весь люд галицкий.

Велел целовать крест Олегу Настасьичу (10), чтобы венчать выблядка на княжение. Саму же матерь его, волочайку Анастасию (11), народ сжег еще четверть века назад, сочтя ведьмой. Да ты, слышал про ту историю? Спутался князь с чернявой посадской женкой, поговаривали, ему жиды её подложили. Одним словом, околдовала она князя и произвела на свет того Олега.