Одинокие воины. Спецподразделения вермахта против партизан. 1942 – 1943

Он рванул вперед быстрее, чем обычно, с открытым ртом, сбил дыхание и в попытке избавиться от этого состояния, знакомого всем спортсменам, стал считать шаги на каждый вдох и выдох.

Через три часа четыре взвода увидели крыши Лyбрянки. В принципе деревня была «лояльной», но Хайнц и Клаус опасались часто поспешных оценок разведки, решив обойти дома фланговыми взводами, то время как их собственные взводы выслали разведчиков.

Крыши домов по-прежнему едва выделялись на фоне неба, и видимость оставалась ограниченной, несмотря на подсветку от снега.

Такая панорама предстала перед Клаусом, когда он смотрел в бинокль.

Солдаты рыли одиночные окопы, тогда как взвод разведки в белых маскировочных халатах отправился в деревню. Людвиг решил поиграть в разведчика, полагая, что в новом месте неплохо бы опередить товарищей в поисках чего-нибудь пожрать и выпить. Это было его целью номер один. Неплохо, конечно, сделать это с девочками. Впрочем, если подхватишь гонорею или сифилис, то это легко не проходит.

Именно Людвиг увидел лошадей под навесом у избы. Лошади были в данный момент в дефиците. Армия быстро реквизировала лошадей на занятой территории, поскольку они представляли собой единственное надежное транспортное средство. Так что наличие в деревне лошадей нельзя было признать делом обычным. Людвиг приказал трем другим разведчикам оставаться на месте и наблюдать, пока он вернется к капитану Штюмме, чтобы доложить о своей находке.

Когда прибыл Людвиг, у Клауса был Хайнц.

– Обнаружены лошади, господин капитан… В доме слева, у самой середины главной улицы… Помимо этого ничего нет – ни звука. Часовых я не видел, и это неудивительно.

Хайнц попросил Людвига начертить все, что он видел. Черчение было одним из хобби Людвига. Он всегда носил с собой небольшой альбом для чертежей вместе с карандашом.

– Пока ничего не ясно… Надо продолжать разведку и окапываться… Предупредить Манфреда и Байера… Отправляйтесь через пятнадцать минут.

Оба офицера сверили часы.

– А часовые, господин капитан… Невозможно, чтобы там ничего не было…

– Я займусь этим.

Пока Хайнц – который должен был подать сигнал тревоги – пошел устанавливать пулеметы на позиции и отдавать приказ об атаке рассыпным строем, Клаус внимательно просматривал сельскую улицу через бинокль. Людвиг прав: должны быть часовые.

Его глаза охотника изучали улицу и дома метр за метром.