Три повести

Юноша уже знал свою историю, Антон Васильевич рассказал подросшему сынишке всё как было, съездил с ним на могилу его матери и там, у могилы Аси сказал сыну: «Ну, вот, сынок, теперь ты знаешь, куда я ездил каждый год, присмотреть за могилкой. Придёт время, мы с тобой съездим в Германию на могилу твоего отца». Мальчик был благодарен за всё, сказал, что будет помнить своих родителей, давших ему жизнь, но считает отцом его и так будет всегда.

По окончании школы, жалея своего уже не молодого отца, юноша хотел идти работать.

Но Антон Васильевич впервые за всё время тогда взял в руки ремень и пригрозил: «Я тебя, сынок, сейчас выпорю, чтоб ты понял, что я твой отец! А отца надо слушать». Юноша не горел желанием – быть выпоротым, сказал, что он и так послушается отца, поступил в институт и закончил его с отличием. А затем стал директором небольшого заводика.

Дела на заводе при новом директоре пошли лучше и лучше, богател завод и всё, что на нём и при нём…

Эпилог.

У трапа самолёта туристов из России встретили приветливые гиды. Осенний день был солнечный и тёплый. Худощавый, почтенного возраста, турист повернулся к своему спутнику, молодому мужчине и с волнением в голосе, сказал: «Ну вот, Петя, мы и прибыли в Германию. Как-то оно там будет…». Молодой мужчина бережно взял за локоть своего собеседника и тоже с волнением в голосе ответил: «Увидим, отец…».

В руках и у того, и у другого были букеты полевых цветов, срезы цветов были заботливо обвёрнуты многослойной бумагой.

Сельское кладбище встретило путешественников тишиной. Навстречу им вышел сторож, внимательно посмотрел на приезжих, поздоровался и на понятном для гостей русском языке спросил: «Вы из России, вам помочь?». Старший путник отрицательно покачал головой, а молодой мужчина ответил: «Спасибо, но мы сами…». Было очевидно, что оба путника очень волнуются.

Шагая по тропинке между могил, путешественники с волнением вчитывались в надписи.

– Вот здесь, Петя…

Окликнул почтенный путник молодого мужчину.

Склонив головы, они молча стояли у ухоженной могилы со скромным обелиском, на котором чьей-то рукой чётко русскими буквами были написаны имя, фамилия и дата гибели солдата. И два букета живых цветов с российских просторов.