Три недели с принцессой

– Тогда, может, все же обдумаешь возможность взять меня в любовницы?

– Боже мой, нет! – воскликнул Джек.

Лия вздрогнула и потупилась.

– Нет никакой необходимости так кричать: я не глухая.

Джек вцепился пальцами в край письменного стола и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы успокоиться и взять себя в руки, встал с кресла и прошел к сервировочному столику с напитками. Плеснув виски в хрустальный бокал и залпом его осушив, он почувствовал, как огненная жидкость опалила желудок, зато в голове вскоре прояснилось.

– Я бы тоже не прочь выпить, – промолвила Лия.

– Никакого виски на голодный желудок, – заявил Джек, избегая ее взгляда, пока ему не удастся обрести хотя бы некое подобие самообладания. У него возникло чувство, будто он заснул и проснулся в сумасшедшем доме.

– Зануда, – буркнула Лия.

Джек одернул сюртук и повернулся к ней, в то время как она, скрестив руки на груди и уныло ссутулившись, обиженно отвернулась. Но поскольку она никогда не унывала, Джек предположил, что это просто способ скрыть боль от непреднамеренно нанесенного ей оскорбления.

Ну кто бы мог подумать, что его реакцию на ее бредовое предложение она могла посчитать оскорблением?

– Послушай, давай забудем все, что ты только что здесь наговорила, и начнем с самого начала, как разумные люди, – предложил Джек.

– Я совершенно разумна. Это ты ведешь себя так, будто сбежал из Бедлама.

Джеку пришлось собрать всю свою выдержку, которая уже истончилась, как паутинка. Пока он ломал голову, подыскивая подходящие слова, чтобы снизить возникшую между ними напряженность, Лия со вздохом поднялась на ноги.

– Прости меня, Джек. Это было грубо и слишком самонадеянно с моей стороны. И я, конечно же, не считаю тебя сумасшедшим. Просто…

– Я ранил твои чувства, – мягко закончил он за нее.

Она улыбнулась так печально, что сердце его болезненно сжалось.

– Так и есть, до некоторой степени. Я знаю, что могу показаться тебе самодовольной дурой. И не то чтобы я и правда хотела стать твоей любовницей.

Но твои слова прозвучали так, словно это самая смехотворная вещь, которую только можно вообразить. Как будто я ужасно противная, отвратительная, несмотря на все твои уверения, что это не так.

– Не говори глупости! – произнес он резко. – Просто я не думал о тебе в таком ключе.

Она вскинула голову, как любопытный щенок.

– А как ты обо мне думал, Джек?

Голова у него снова пошла кругом: на этот вопрос совсем не трудно было ответить.