Записки прабабушки

Маша вернулась от П <иотровских>, это была ее последняя поездка к ним, что произошло и почему ее уже не стали туда звать? Через год Пиотровские переселились в Харьков, где прожили 6 лет, он изредка бывал у нас, а семью мы не видели в течение этих лет ни разу. После святок я снова одна, работаю до одурения, Мама мне выписала «Ниву» (которую и до сих пор получаю, с 77 года), а газетами и книгами нас снабжала знакомая генеральша, тут я много прочла, библиотека у нее была замечательная, после ее смерти зять ее продал за 10 тысяч и говорил, что это можно было сделать только спьяна.

Началась война, и я вся была там, жаждала помочь, но, увы, что могла сделать!

Весной мама и я поехали в Ливны, так как мама, когда я еще не родилась, обещала, если у нее будут дети, то она съездит в Ливны и поклонится каким то мифическим святым, якобы лежащим в Ливнах, помню какой-то подвал, где нам поп служил панихиду святым, «имена которых Ты Господи веси!» Говорили, что на стенах этого подвала видны сами собой выходящие изображения монахов, О Христе зарезанных татарами, сколько я не смотрела на стены, кроме потоков сырости ничего не видела, из Ливен мы поехали в Орел за братьями, поездка меня прямо освежила, летом наша генеральша затеяла работать на раненных, и работу чтобы производить под руководством мамы у нас, стали собираться барышни Покровские, Маша и начали шить халаты, рубахи, я работала запоем, мне все казалось мало, все наверно меньше меня сделали, время летело быстро, братья тоже помогали и с ними один кадет, товарищ Миши, который влюбился в Соню, ей было 19 лет, а ему 16, она тоже врезалась; я так была увлечена работой, что совсем почти не заметила сего романа, кой-что рассказывала Соня, Миша трунил над нею, больше ничего не помню, вобщем что-то глупо-наивное.

Но всему бывает конец, кончилась наша работа, но к сожалению вся наша работа осталась в Туле, куда тетя Лида сама возила тюки, и дальше не пошла, все осталось в Красном Кресте и сгнило в подвале, по обыкновению российской халатности и бестолочи дам патронесс.

Мы с Мишей зачитывались газетами и часто плакали навзрыд, как сейчас помню, гибель «Весты»[7 - «Веста» – российский пароход. В ходе Русско-турецкой войны 11 июля 1877 года принял бой с гораздо более мощным турецким броненосным корветом «Фетхи-Булендом» и, несмотря на тяжелые потери, одержал победу. В.Д. видимо, путает, потому что погибла «Веста» десятью годами позже.]. Я читала Рус. Вед.