Переселенцы

Смуглое лицо ее будто светилось внутренним светом. Она прижалась к Петру и замерла. Все довольные, радостные, уселись наконец за стол. Выпили за приезд казака по стопке, и потом Петр снова рассказывал о диковинном море, о разных людях, которых пришлось повидать за время службы. Рассказал об обычаях татар-крымчаков и черкесских абреках, что коварны и злы в набегах и грабежах.

Рассказал, что купил книгу со сказками Пушкина, великого поэта, который известен во многих странах. Достал книгу посмотреть картинки, а сам наизусть стал читать сказки не только те, что были записаны в книге, но и те, которые им рассказывал старый казак Иван Кузуб.

Дивились родные всему, о чем говорил Петр, радовались его подаркам и вниманию.

На другой день Петр и Степан поехали к Сладкому лиману, чтобы наловить свежей рыбы и приготовиться к Троице, которая должна быть через день. Решили позвать в гости семейство Галки и Нечипоренко.

К вечеру вернулись домой с десятком сомов, полной телегой сулы и тарани, поймали даже несколько осетров.

Знатная будет щерба. Женщины тем временем готовили пироги, знаменитый борщ из первых овощей. Наталка нарвала зеленых веток в лесочке, украсила ими хату. Красный угол, где стояли иконы на полочке, она выложила цветами и березовыми веточками, будто венок получился. После приезда с рыбалки Петр в степи накосил душистых трав и застелил всю доливку в хате. В окошках поменяли вощеную бумагу на стекло.

С утра приехал Терентий с родителями и чуть погодя со своего хутора прибыл на тарантасе Нечипоренко с сыном.

Жена его давно умерла и он жил на хуторе один, иногда к нему из поселения приезжали сыновья и дочь.

Наталка увлекла Терентия на огород вроде для помощи, и только через час вернулись они смущенные и без зелени, за которой вроде ходили.

Столы накрыли во дворе, погода стояла чудесная. Хозяюшки наготовили столько снеди, что казалось за стол сядет целая сотня казаков. Здесь были окорока, соления, копчения, рыба жареная, пироги с рыбой, юшка из осетров, по другому – щерба, вареная молодая картошка, политая маслом, посыпана мелко порезанным зеленым луком и укропчиком.

Посредине стола высилась на блюде горка жареных перепелов, которых настрелял Степан на зорьке. И конечно, над всем этим возвышались темные бутыли с наливкой и терновой настойкой. Не сказать, что казаки любили выпить, но пригубить по поводу светлого праздника и возвращения казаков со службы было не грех.

Чинно расселись за столом.