Пепел крестьянской Души

Василий повернулся к двери и пошёл следом за Степаном. От переизбытка чувств, он забыл о низком проёме дверей и сильно ударился лбом о косяк. Девушка охнула, догнала парня и повернув к себе, с тревогой спросила: «Сильно ударился?». «Ничего. До свадьбы заживёт», – весело ответил Василий и ласково провёл ладонью по её голове. Не выдержав испытания, Полина прикоснулась своими тёплыми губами к его глазам и тут же резко отпрянула от него. «Иди. Догоняй своего друга. Даст бог, свидимся ещё», – с горечью вымолвила она.

«Да, дорогой товарищ, видно глубоко проникла заноза любви к этой девушке в твоё сердце, раз ты даже при малейшем прикосновении к ней теряешь рассудок», – улыбнулся в темноту Василий, когда удобно устроился в седле. «Ну, что, домой поедем или на постоялый двор вернёмся?» – озабоченно спросил Степан. «А чего мы будем ждать утра? Ночь звёздная, светлая, да и мороз не сильный. Поедем, Степан, мы в сторону дома», – ответил Василий. «Это тебе после свидания с Полиной жарко стало, а на улице не так уж и тепло», – подначил Степан.

Василий посмотрел в его сторону, улыбнулся, но отвечать на его слова не стал.

В родное село друзья въехали на рассвете. Огромный диск желтоватооранжевого солнца выходил из-за макушек берёзовых колков и своими ледяными щупальцами осваивал просторы Сибири. «Какой красивый наш край! Разве есть на свете ещё такой! Здесь жить бы только да не тужить. Хлеб растить, детей рожать, избы просторные строить, а не воевать и не унижаться», – подумал Василий и от этой мысли ему стало тяжело.

Но вспомнив встречу с Полиной, сердце дрогнуло и сладостно запело. «Какая она красивая и умная!» – подумал он и посмотрел на Степана. «Ну, что, немного отдохнём, а вечером встретимся у Ивана?» – спросил Аверин. «Я не против. Давай так и поступим. Может какие новости от него узнаем», – согласился Василий и они разъехались по домам.

Из официальной хроники

Заместитель председателя уездного исполкома советов Горностаев сидел за столом в своём кабинете и перебирал конверты с жалобами от крестьян всех волостей на грубые действия продтроек.

Взяв очередной конверт и достав из него лист бумаги исписанный неровным подчерком, стал внимательно вчитываться.

«Заявление гражданки деревни Большебоково Тотопутовской волости М. П. Ольковой. 20 ноября с.г. вами был конфискован весь скоту моего мужа, гражданина деревни Большебоково Томана Федотовича Олькова и теперь наше имущество разрушилось безвозвратно.