Сыщик Патмосов. Детективные рассказы

Окурок с таким же длинным мундштуком, такой же толщины, как те…

Патмосов с жадным любопытством взглянул в сторону удалявшегося всадника и увидел только широкие плечи и густые каштановые волосы, прикрытые соломенной шляпой.

Он рванулся было бежать за ним, но потом одумался, добрался до первой скамейки и сел на нее. Подле него дворник мел дорогу.

– Богатое место! – сказал ему Патмосов.

– Мое-то? – удивился дворник.

– Не ваше, а эта дорога! Сколько по ней собственных экипажей едет, сколько тысячных коней! А верхом! Вон сейчас проскакал.

– Где их всех знать! Этот из Царского. Часто ездит. Пронесется туда, потом назад – и все! Завсегда с собакою.

Патмосов встал, кивнул дворнику и бодрым шагом пошел к Ястребову.

– Мы на балконе сядем, – сказал следователь радушно, – жара! У меня великолепнейшая ботвинья[11 - Ботвинья – холодный суп на кислом квасе.]!

Они съели ботвинью, съели отбивные котлеты, малину со сливками, и, наконец, прислуга подала коньяк и кофе. Ястребов налил кофе, предложил гостю сигару, рюмку коньяку и наконец, раскурив сигару, откинулся к спинке плетеного кресла.

– Ну-с, дорогой Алексей Романович, теперь поговорим! Вы знаете, я вчера еще арест сделал и ни свет ни заря уже допрос снял.

– Молодого Савельева? – сказал Патмосов.

Ястребов вытаращил глаза.

– Вы откуда знаете?

– Я все знаю, – улыбнулся Патмосов, – но что же вы от него узнали и почему арестовали?

– На него вчера показания сделал компаньон Дергачева, Розенцвейг.

– Так!

– Он видел его с Дергачевым – раз, а два – у Дергачева были векселя с подложной подписью, работы этого господина Савельева.

– Так!

– Но что важно, на него указывает Трехин. Наконец, Савельев сказал сперва, что не видел, потом видел, и совершенно не говорит, где был ночью. Вот видите, подозрительно? А? Да, да! И еще! Векселей его я не нашел у Дергачева. Вчера с судебным приставом все пересмотрел. Векселей куча, и все по срокам разложены, а его векселей нет! А?

Патмосов молчал.

– Теперь этот Трехин! – заговорил он снова. – Тоже не говорит, где ночь провел, тоже видел Дергачева, и ко всему – неистовый человек. Совершенно одержимый! А убить – расчет, едва он узнал, что наследство может мимо носа пройти. А?

Патмосов опять промолчал.

– И, наконец, Резцов! Этот – прямо разбойник. Был на очной ставке с дворником и все свое: «Уехал в восемь часов, а деньги – нашел!»

– Портсигар Лукерья признала.