Сталин на деле и глазами выдающихся современников

В феврале 1939 года в журнале «Яровизация» (главный редактор академик Лысенко) вышла статья о «Лженаучных теориях в генетике», где Вавилова практически в открытую назвали демагогом и антимарксистом. В октябре этого же года журнал «Под знаменем марксизма» провел дискуссию по генетики. Сподвижник Лысенко академик Митин назвал деятельность Вавилова антигосударственной. В 1940 году Лысенко назначил заместителем директора института растениеводства, несмотря на категорический протест академика Вавилова, сотрудника НКВД Шунденко.

Дни Николая Ивановича были сочтены.

В борьбе генетиков и мичуринцев победу одержали последние. Академик Лысенко возглавлял советское растениеводство долгие годы. Его снимали с должности при Хрущеве, но возвращали через короткое время. Окончательно Трофим Денисович ушел должности директора Института генетики АН СССР уже при Брежневе в 1965 году, научной работой при этом продолжил заниматься. Академик Лысенко еще при Сталине стал Героем Социалистического Труда, трижды лауреатом Сталинской премии (первой степени), кавалером ордена Трудового Красного Знамени и 8 орденов Ленина.

Лично я в противоборстве Вавилова и Лысенко на стороне Трофима Денисовича. Не очень хочется питаться генетически измененными продуктами.

Борьба с коррупцией

Вопрос борьбы с коррупцией в нашей замечательной стране стоял всегда и продолжает, к сожалению, стоять.

Иосиф Виссарионович понимал, что любые лозунги в борьбе с коррупцией малоэффективны. Борьба со злоупотреблением служебным положением и взяточничеством требовала куда более эффективных мер.

Сталин нашел простой, но гениальный выход. Любые коррупционные действия объяснялись происками зарубежных разведок. Коррупционеры становились не просто взяточниками, но и шпионами и врагами советского народа.

Советский гражданин, еще мог понять мелкого взяточника (мало ли не хватало на подарок жене или на мебель), но простить иностранного шпиона, вредящего своей стране – это уже невозможно. Наказывали шпионов куда строже, вплоть до расстрела (в основном так и было, мало кто отделывался крупными сроками заключения).

По общественному мнению вредитель, троцкист или иностранный агент ничего иного кроме расстрела и не заслуживал. В таком подходе явно было рациональное звено.

Напомню, что после НЭПа (новая экономическая политика) многие привыкли жить на «широкую ногу», а среди советских партийных и государственных деятелей было много молодых людей, попавших на большие должности после Гражданской войны.