Куда кого посеяла жизнь. Том XI. Избранное

В начале тридцать третьего года, Мария (жена Филиппа), получила извещение из Республиканского управления милиции, что Филипп Вознесенский, скончался в тюремной больнице от сердечного приступа. Она осталась с двумя малыми детьми, 10 и 5 лет….

Глава одиннадцатая. Заключение

Та история с семенами фасоли, из времен коллективизации, стала достоянием гласности только через несколько лет. Просочилась она как раз от тех женщин, которые, когда-то в суде, подтверждали лживые свидетельские показания, озвученные их бывшей звеньевой – Надей.

Где-то, за стаканом вина или при других обстоятельствах, правда, о том случае, всплыла наружу, только, к тому времени, никого из настоящих виновников, прямо или косвенно причастных к тому случаю – уже в селе – не осталось.

Следователь Маркус, имея мощную «подъемную» поддержку в Киеве, быстро перешагнув временные должностные ступеньки – район, потом Республиканское управление в Тирасполе, был переведен в Киев, как сотрудник, обладающий особыми организаторскими способностями….

Справедливости ради, надо отметить, что этот участник тех событий, причастный каким-то образом к гибели Филиппа, стал единственным, кому удалось не только сохраниться, но и внешне красиво, покинуть приютивший его регион.

Всех остальных, «причастных и деепричастных», участников тех событий, прибрала Судьба.

Начала она с Кондрата. Тот, отомстив Филиппу, ходил одно время в колхозных «героях». Правда – бригадиром его уже не ставили, но, среди сельских «активистов», он уже был не на последнем месте.

И решил все-таки наказать «доносчика», того самого сторожа из соседней бригады….

В одну из ночей, приехал в ту бригаду, оставил повозку подальше, чтобы не было слышно стука колес, и подобрался к сторожевой будке. По дороге подобрал какую-то палку, надеясь проучить того негодного калеку.

Резко раскрыл дверь деревянной будки – сторож лежал на спине, на деревянной площадке, спал или нет- неизвестно. «А это ты, падлюка, накатал на меня бумагу в Тирасполь! – заорал Кондрат, и бросился с палкой на сторожа, но – наткнулся на выставленные сторожем, в порядке обороны, – вилы и пронзил себя, сам – насквозь….

Сторож даже испугаться не успел. Испугался уже позже, когда зажег лампу и увидел нанизанного на вилы Кондрата, с палкой в руках. Он не стал ничего трогать в будке, а побежал в село, к своему бригадиру и все ему рассказал, в том числе и то, что кричал Кондрат, нападая на него….