Куда кого посеяла жизнь. Том XI. Избранное

Бедный же Колька принял удар на себя, за всех, ну никак не могла обойти его та «бомба», влепив ему оторвавшимся дном от «гусака», толщиной в палец, точно по заднему месту. Месяца два Колька носил и с гордостью показывал круглый, по размеру того дна, лилово-черный синяк.

Глава пятая

Как бы там ни было, а с рыбой у нас опять ничего не получилось и наши надежды на Днестр, как были, так и остались призрачными и бесперспективными. А жизнь-то продолжалась, продолжались и наши поиски, связанные с рыбной ловлей….

Других направлений для нас в то время – не нашлось.

Один из нашей команды, мой тезка – Василий, подбросил нам еще одну идею, связанную с рыбой, но уже вне территории Днестра.

Его двоюродный дядя, работал сторожем в одной из бригад нашего колхоза, причем, расположенной ближе всех других бригад к нашей улице.

Если посмотреть на все наше хозяйство (и прежнее, и нынешнее), со стоны, не трудно убедиться, что у нас слишком много тех, кто охраняет. Сторожа, охранники, хранители и телохранители, вахтеры и еще много им подобных.

Создается такое впечатление, что будто бы в стране – одна половина людей – ворует, а вторая- охраняет. Ну, есть там еще небольшая прослойка счетных работников и аналитиков, чтобы было кому посчитать, сколько и чего украдено….

Конечно, и охранники бывают разные. Одни, безыдейные, просто отбывают время, сутки через трое или еще как-то, другие идут в охрану, чтобы иметь возможность самим что-то красть или сделать наводку, помогая другому вору.

Третьи, считают свою работу важнее работы руководителя и упиваются какой-то должностной, пусть мелкой, но властью, по отношению к другим людям. Такие стараются показушно качать права, привлекая внимание к своей персоне. Им выгодны скандалы и, вообще – шум и аплодисменты….

Худшей разновидностью этих, третьих, являются те охранники, которые своей ехидностью, доводят всех до белого каления. Такие не боятся жалоб на их хамство, так как, как правило, пользуются авторитетом у своего начальства.

Когда Вася, предложил попробовать наладить контакты со своим дядей и даже, со своей стороны, посодействовать этому, мы, естественно, с радостью согласились. Да и ничего другого, в порядке альтернативы, у нас не было. Кто же знал, в какое болото, затянет нас эта затея….

Мы, конечно, знали его дядю Григория, все его звали – дед Гришка. Жил он на нашей улице давно, за много лет до появления нас на свет.