Куда кого посеяла жизнь. Том X. Романы. Повести

Ты прости меня, Петя, и не подумай ничего плохого, я такое говорю людям в первый раз, да, наверное, и в последний.Но я должна была это сказать. Ты утром уедешь и забудешь. У тебя своего, наверное, хватает, раз в такую даль за товаром собрался. А мне уже все равно – хоть душу отвела и тебе все рассказала, хотя зачем тебе это нужно…-тихо промолвила она.

Задрожал могучий Петр. Добрая душа всегда чует другую добрую душу, тем более в моменты, когда ей (той) очень плохо. Он просто как родную сестру, друга, любимую, прижал её к груди, и молчал, а она уткнулась ему в свитку и тихо, и отчаянно плакала…

Потом Петр отстранил её от себя и твердо сказал: « Слушай меня, Маруся.

Постарайся дождаться, пока я съезжу за солью. Приготовься сама, маме скажешь потом, чтобы хозяин не пронюхал, и дождись. Я обязательно заберу тебя с собой на обратном пути. Запомни – Обязательно. Он достал несколько монет и положил ей в карман – сказал – на всякий случай, еще раз крепко обнял, повторил : «Дождись обязательно!». Она взяла его руку, положила себе на грудь на несколько мгновений, потом поцеловала ладонь, прошептав: « Счастливо тебе, Петя, я буду ждать», пошла с ведром через дорогу.

А Петр стоял у колодца и не мог придти в себя. За какие-нибудь два часа, случилось столько хорошего, прямо сказочного, что кроме, как чудом и не объяснишь. А может это все привиделось в этой чернильной темноте южной безлунной ночи? Так нет – он слышал такой близкий и родной голос, видел её прекрасное лицо, видел её мать и даже видел её потенциального обидчика.

Еще – чувствовал её запах, ещё – на ладони левой руки, до сих пор горел её поцелуй, а в кармане появились деньги, за так выгодно проданный табак!

Он подошел к повозкам, ужин у коллег был в самом разгаре, никто ничего не заметил. Павел давно сварил, что надо и ждал его. На вопрос о том, где он пропадал, Петр ответил, что за колодцем, в темноте помылся. Потом поужинали и легли спать, каждый на свою повозку. Завтра- туда, к морю. И пусть удача от них не отвернется…

Петр лежал на повозке лицом вверх, смотрел как мерцали яркие звезды на темном небе, на Млечный Путь или, как называли его в старину – Чумацкий Шлях, на созвездие Большая Медведица (Чумацкий Воз), на Полярную звезду, которая неизменно стоит на одном месте и всегда служила ориентиром для чумаков-солевозов и, которую они считали своей, путеводной…Смотрел – на них, но их не видел.

Перед ним стояло только лицо её, Марии, и ни кого, и ничего больше.