Куда кого посеяла жизнь. Том X. Романы. Повести

Сирко схватил есаула за лацканы свитки, притянул к себе и зло сказал: «Так ты что, негодный батько казачий, хочешь, чтобы и этого парня в первом же бою угробили?! Его ж ни верхом, ни пешим нельзя в бой посылать, это же живая мишень и враги из любого оружия будут по нему первому стрелять! Неужели ты не понимаешь этого!!!» Увидев через площадь кузницу, атаман добавил: « Сейчас же иди сам, забери этого парня от строевиков, отведи в кузницу, и готовьте из него кузнеца. Там его место, а не в строю.

И смотри у меня, я проверю!».

Так, с легкой руки лихого атамана, Гавриил стал кузнецом, потом кузнецом стал его сын, Петр и вот уже столько лет, продолжает их дело он, Григорий…Непростую науку работы с металлом, они перенимали друг у друга, каждое новое поколение вырастало у кузнечного горна родителя. Кузнецы Лебеди уже сотню лет держали свою высокую марку и, если бы время было другим, возможно и жизнь этой семьи шла по-другому. Но время тогда было таким, как было и очень непростым для запорожского казачества.

Запорожскую Сечь, за сто предыдущих тому лет, громили не раз и окончательно уничтожили её, как «государство в государстве», всего несколько лет назад. Григорию повезло. В его кузницу в Чертомлыке, где он работал ещё вместе с отцом, за пару месяцев до последнего «сичевого» разгрома, пришел местный окружной атаман, ровесник и старый друг отца. Он, по – секрету, сказал, что по его данным, царские войска, скоро будут в «Новой (Подпольненской) Сечи и посоветовал им обоим побыстрее убраться отсюда, куда-нибудь подальше.

Посоветовал даже куда. Есть, мол, одна старая бывшая казацкая сторожка, на север от Никополя. Там на холме, в прежние времена, стояла деревянная сторожевая вышка Кодакской паланки запорожцев, а рядом – небольшой домик, где сторожевые казаки отдыхали и грелись. Вышка давно разрушилась за ненадобностью, а домик, хоть и неважный, но остался. Ну, если отец и сын Лебеди…внесут определенную сумму в пользу местного атаманства…, то и домик им будет официально отписан, да еще возле него будет (и тоже официально), выделено определенное по правилам Сечи, такое-то количество земли, в виде пожизненного надела.

Выслушав атамана, которому полностью доверяли, отец и сын, на второй день, взяли с собой окружного атаманского писаря и отправились на указанное атаманом, место. Осмотрели, обмерили, нарисовали и описали.