От Сталинграда до Берлина. Воспоминания командующего

Возле разъезда Небыково батальон бойцов 208-й стрелковой дивизии, развернувшись цепью фронтом на юг, рыл окопы. Командир батальона доложил, что, узнав от бегущих с юга о появлении немецких танков в Котельниково, он по своей инициативе решил занять оборону. Где командир полка или дивизии, он не знал. Я одобрил действия этого командира батальона, приказав задерживать бегущих, и обещал дать ему связь от ближайшего штаба, который надеялся найти на станции Чилеков.

Подъезжая к станции, мы увидели несколько воинских эшелонов.

Разгружались другие части 208-й дивизии. Слух о разгроме в Котельниково четырех эшелонов сюда еще не дошел. Около железнодорожного полотна и вокруг эшелонов толпились люди, дымились кухни, разворачивались обозы.

Разыскав начальника одного из эшелонов, майора по званию и командира батальона по должности, я кратко объяснил ему обстановку на юге и приказал выставить сильные заслоны к высотам с отметками 141,8 и 143,8 у поселка Небыково, остальные подразделения отвести от станции и ждать указаний штаба дивизии.

Отдав эти распоряжения, я со всей группой отъехал в МТФ № 1, что в двух километрах западнее станции Чилеков.

Там мы развернули радиостанцию, чтобы связаться со штабом фронта. Помню позывной: «Акустик». Был полдень, в небе – ни облачка. В поселке МТФ кроме нас находились подразделения 208-й дивизии. Минут через пятнадцать адъютант Климов доложил, что «Акустик» отвечает. Направляясь к радиостанции, я заметил в небе три девятки самолетов.

Они шли с севера прямо на нас. Мне показалось, что это наши…

И вдруг послышался грохот взрывов. Оглянувшись, я увидел, что эти самолеты бомбят станцию Чилеков и разгружавшиеся там эшелоны. Вагоны и пристанционные сооружения загорелись. Бушующее пламя быстро перекидывалось с одного здания на другое.

Подбежав к радиостанции, я приказал радисту открытым текстом передать: «На станции Чилеков наша авиация бомбит наши эшелоны!..» Следя за передачей тревожного сигнала «Акустика», я не заметил, как одна девятка, зайдя с севера, ударила по поселку бомбами, а затем, встав в круг, начала пикировать и поливать нас свинцом.

Тяжело было смотреть на людей, которые, прибыв на фронт и не видя противника, выбывали из строя. Все это происходило из-за того, что район выгрузки прибывших войск не был прикрыт с воздуха. Штаб фронта этого не обеспечил и не предупредил свою авиацию.

Нашу радиостанцию повредило, и я остался без связи.