Куда кого посеяла жизнь. Том VIII. Повести

Не знаю, кто там сегодня остался, но быть рядом и не заехать к родственникам, передать привет и рассказать, кто, что и как, думаю, было бы как-то не совсем хорошо… Времени до вечера еще много, успеете вы и в тот Первомайск. Смотрите, конечно, вам виднее!»– завершила она свое предложение.

«Спасибо, тетя!» – поблагодарил женщину Григорий. – «Честно говоря, я и сам хотел так сделать, но вы просто опередили меня. Спасибо!». Ребята попили воды из колодца, тут же во дворе, вода – замечательная родниковая, холодная, простились с благодарными хозяевами и двинулись в Баштечки.

Хозяйка трижды перекрестила их машину, на счастье.

Нашли в селе указанный женщиной адрес, но там никого не оказалось дома. Оставили записку, что все у их родственников в Казахстане – нормально, потом – зашли на несколько минут к соседям, рассказали – расспросили, отдали им банку с самогоном в подарок, чтобы не искать себе ненужных приключений в дороге и вернулись в Жашков, на одесскую трассу. Не хотелось в Жашков возвращаться, из Баштечки, можно было срезать угол и выйти почти к Умани, через Буки и Маньковку, но перестраховались – неизвестно какие там дороги, трасса – есть трасса.

До Жашкова – двигались медленно, не хотелось покидать так быстро, прекрасные деревенские места. «Ну как тебе те Баштечки показались?» – спросил Григорий у Михаила, свое мнение пока не высказывая. «Знаешь, Гриша, если суждено жить в селе, то лучше места, чем эти Баштечки, я еще в своей жизни не видел, это правда. Село небольшое, но так удобно расположено, утопает в зелени.

Я представляю его весной, когда цветут вишни, их здесь полно и во дворах, и на улицах, да и другие деревья. А какие чистые улицы- заметил? Деревья побеленные, подстриженные, тротуары асфальтированные. чистые, удобные. А вокруг – то ли малые села, то ли хутора, разноцветные такие и везде- зелень, зелень, хотя уже середина сентября, считай. И люди, которых встречали – нормально одеты, добродушные лица»– заметил Михаил.».

Потом продолжил: «Думаю, тот дядя наших с тобой жен, что здесь родился, а много лет уже живет в одном из наших сел, давно перестал сравнивать Казахстан, в лице их совхозного поселка, где за забором, разделяет дворы во всю длину улицы, гора навоза, тонн на пятьсот, которую годами не убирают и свою Баштечку.

Это даже не Небо и Земля, а Рай и Преисподняя, несравнимые вещи. Он, насколько мне известно, давно здесь не был, а, если и был вообще, за все время, как уехал отсюда, то, наверное, забыл, как живут здесь его земляки».