Прага сквозь века

Как известно, интерес к «готике» в Чехии, как и в других европейских странах, в XIX столетии возник на волне широкого романтического течения, охватившего почти все сферы изобразительного искусства и литературу. «Готика», сама по себе, превратилась в одну из антитез заметно поднадоевшему классицизму. В архитектуре даже сформировалось определённая «неоготическая» стилистика. Храмы в европейских городах опять начали возводить в формах, кажется, уже давно забытого средневекового зодчества, но, разумеется, ни как в старину, а с учётом применения на практике новых строительных технологий и современных материалов.

Готические конструкции Владиславова зала (фото автора конца 1980-х годов)

В результате смелых экспериментов ряда архитекторов лёгкие ажурные конструкции, состоящие из нервюр, гуртов и аркбутанов, стали не только всё шире употребляться, но и пленять сердца добропорядочных прихожан католических храмов. Более того, для жителей ряда стран, таких как Германия, Англия или Чехия, «неоготика» в символическом значении начала ассоциироваться с выражением национальной гордости и преклонением перед творчеством старых мастеров.

Показательно, что в Европе в ХVIII – XIX столетии начала реабилитироваться не только сама архитектура, но и эпоха Средневековья в целом. Поэты и писатели снова вспомнили о прекрасных дамах и бесстрашных рыцарях, совершающих отважные подвиги. Романы англичанина Вальтера Скотта, проникнутые глубоким романтическим духом, в большинстве стран стали в своём роде «бестселлерами», воспринимаемыми «на ура» многими благодарными читателями.

Любимые персонажи книг начали обретать статус героев и становиться возвышенными идеалами для современников.

Во Франции настоящим «фурором» для широкой публики стало появление легендарного романа Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери». Наполненная глубоким драматизмом история трагической любви горбуна Квазимодо к цыганке-танцовщице Эсмеральде покорила даже самые чёрствые сердца.

В центре внимания, ко всему прочему, оказался и старинный готический храм, воспетый В. Гюго с яркой поэтической интонацией.

Но, с другой стороны, многие суеверные люди и в XIX столетии ещё продолжали испытывать чувство страха перед эпохой Средневековья. В частности, они боялись посещать отдельные культовые места, связанные с мистическими событиями. Вот, например, как высказалась на этот счёт известная чешская писательница К.