На самоходке против «Тигров»

Все, наверное, думали об одном: устоим или не устоим? – ведь сегодня танков и штурмовых орудий наступает в несколько раз больше, чем у Змиевки. И все-таки я чувствовал, на этот раз люди волновались меньше, чем перед первым боем.

– Немец, пока не получил по зубам, лезет нахрапом, – заговорил я, стараясь подбодрить свой экипаж. – Подпустим головной танк метров на пятьсот, подожжем, а там и за другие возьмемся. – А сам мучительно думал: а если «фердинанд» напрямую попрет? Это мощнейшее тяжелое штурмовое орудие, он ведь и протаранить может боевые порядки.

Перед вражескими танками первой линии по всему фронту наступления появились дымчато-черные шапки разрывов и огненные вспышки, если снаряд ударял в танк, – это наша артиллерия поставила заградительный огонь. Часть снарядов, угодив в броню, рикошетом уходила в глубь боевого порядка наступающих, оставляя за собой огненный конус. Но ни один танк пока не загорелся! Стальная армада продолжала движение, приближаясь к нашей обороне.

По радио я предупредил Леванова, командира моей второй самоходки, чтобы до нашего выстрела огонь не открывал, но сейчас, перед самым боем, решил побывать в его экипаже. Пригибаясь, под свист пуль, вой мин подбежал к машине младшего лейтенанта, постучал по крышке люка и влез в башню. Встретили меня с удивлением, и в настроении людей не ощущалось особого мужества, что меня раздосадовало:

– Чего приуныли?! Ваша гаубица за пятьсот метров пробьет и «тигра», и «пантеру»! Да и укрыты вы надежно, окопались как следует! Будем насмерть стоять! Главное – выдержка, никаких поспешных действий! Бить только наверняка! Это и просьба, и приказ!

Подбодрив, как смог, приунывший экипаж, я умчался к своей самоходке и, уже влезая в люк, увидел, как машина Фомичева, командира 1-го взвода, вышла из окопа и, маскируясь задымлением переднего края, на большой скорости проскочила в заросший кустарником овраг метрах в двухстах от позиции батареи.

Этот маневр был сделан, как видно, по решению комбата с тактической целью: в решающий момент нанести внезапный огневой удар по флангу наступающего противника.

Расстояние до фашистских танков все еще было велико, поэтому экипажи легких танков бригады не стреляли. Молчали и наши самоходки, но наводчики наверняка, как наш Королев, держали головные машины противника на угольниках прицелов. Напряжение нарастало от минуты к минуте.