Боярский сын. Часть первая: Владимирское княжество

Подчиняясь команде новоявленного мага, искры, скопившиеся вокруг ядра в его груди, приняли то самое упорядоченное движение, о котором говорилось в учебнике по физике.

– Кажется, за шестой класс, – не стал углубляться в кладовые памяти парень, – но это не важно. А важно, что я действительно вижу, как искры эти добираются до ладоней, и исчезают в железяке. Наверное… Ну, точно в ней – иначе, отчего бы светильнику так ярко не засиять?

Этот светильник был крупнее тех, что остались светящимися в бане раза в два.

Ну, и искр, или Силы в них боярич влил соответственно. Приход-расход пока отмерять он не умел; сориентировался по времени. А именно – секунд десять, и эта часть гаража была освещена не хуже, чем…

– Майн гот! – воскликнул кто-то за спиной, – неужто этот мальчишка…

Николай резко развернулся, и Генрих, который оказался за эти секунды рядом, растерянно, и даже испуганно замолчал. Боярич Шубин германских языков, ни одного, не изучал; как и Виктор Николаевич Добродеев.

Ну, за исключением общеизвестных фраз из тех же фильмов и анекдотов. Но сейчас понял механика хорошо.

– Мальчишка?! – повторил он, покатав желваками на скулах.

Так, что видно было – пожилой холоп готов был под этим взглядом рухнуть на колени. Как и сын его рядом, на которого перевел взгляд боярич… нет – боярин настоящий, из рода Шубиных. А за ним и управляющий склонился в поклоне. А казак рядом с ним лишь склонил голову, но выглядел озадаченным; и, кажется, в чем-то обрадованным.

– Простите, господин, – проговорил с отчетливым акцентом Шварц-старший, – от волнения я это. И от осознания того, что дело отца вашего, боярина Шубина, не будет загублено. Еще раз прошу простить великодушно. Более не повторится.

Николай взял паузу, а потом кивнул:

– Хорошо. Забудем. А теперь расскажи, о каком таком деле отца моего ты сейчас говорил?

Он опять повернулся к светильнику, одиноко светящему на стене; переходить к следуюшему, и повторить опыт, как хотелось недавно, передумал.

Ко времени вспомнил, что говорила Анфиса – не показывать всех своих возможностей. И хотя во всех стоящих здесь он был уверен… ну, почти на сто процентов… но кто-то же ведь управляющему о его одаренности донес?

Взгляд его опустился вниз – на темнеющую прежде груду металла. Которая под светом оказалась самым обычным токарным станком.

– Ха! – хмыкнул он про себя, – самым обычным.