Боярский сын. Книга вторая: Сотня специального назначения

Только затаенную надежду. Дикую, до смерти. Последнее – это он был уверен, что откажи сейчас казаку, тот и не станет жить.

– Себя убивать не будет, конечно, – внимательно поглядел в глаза старику Николай, – но в какую-нибудь заварушку обязательно встрянет. Такую, что без шансов. Ну, хорошо (решил он, вставая) – давай попробуем.

Кто из сущностей, сейчас составивших единое целое в теле боярича, был авантюристом? Неизвестно. Но сейчас победил именно он. Память у Николая была отменной; крови он не боялся, а холодное оружие – целый арсенал – всегда было при нем.

Вот он и начал короткую церемонию обмена с казаком кровью, Даром и еще многими обязательствами, которые они поочередно и четко проговорили. А потом… он успел проследить, как небольшой комок нематериальной субстанции в теле казака вытянулся длинной колбаской, и скользнул в чужое тело.

– Не чужое, а мое! – поправил он себя, наблюдая формирование еще одного Источника – как раз напротив пупочной впадины, – вот теперь точно надо прятать.

Иначе разберут на запчасти!

А казак рядом отчетливо, и счастливо вздохнул. Он явно попытался повторить трюк своего нового господина – с «нырянием» внутрь себя. И определенно убедился, что Дара – ни родного, ни чужого – теперь не имеет. Кроме, конечно…

Николай вдруг почувствовал, что незримые ниточки, связывающие его с холопами, а пуще того с Анфисой Никаноровной, здесь, после ритуала с казаком, обрели чуть ли не материальное воплощение. Боярин видел эту нить, не касаясь плоти другого человека.

А тот явно понял, какие чувства сейчас обуревают Одаренного.

– А ты попробуй, Николай Ильич, разгляди и кого другого!

Николай «попробовал». Напрягся, опять представив Анфису. И тотчас же понял, что она где-то рядом, в замке. А еще решил, что потренировавшись, и вовсе сможет позиционировать ее в пространстве; с точностью…

– Это, наверное, от расстояния зависит, и от Силы Дара. Отлично! С другими… Сейчас пытаться не буду. Включу в отдельную тренировку.

Ой, сколько теперь изучать придется! А времени – то, времени…

Времени действительно стало не хватать. Боролся же с его нехваткой боярин хорошо известным, но не всеми пользуемым способом. Планировал свой день (да и часть ночи) так, что на отдых не оставалось ни одной минутки. Точнее, как предлагала другая народная мудрость – менял сферу деятельности. Хорошо, что были у него в планах такие сферы, что кардинально отличались друг от друга.