Без злого умысла

День до вечеринки в «Станкобаре» прошёл быстро, бесполезно и рутинно. Дома Нечаев ничего не делал, валялся на диване и строил поведенческие модели – свою, Жемчужины и окружающих. Он спрогнозировал много моделей и самых разнообразных ситуаций. Из которых он выходил победителем, мастерски используя свой ум и сноровку. Осталось только воплотить их в жизнь. И он это сделает!

Стоя возле театра, Нечаев почему-то думал о кино. Он думал, что посмотреть завтра перед работой. Ничего хорошо на ум не приходило. Тогда он начал вспоминать что-нибудь из старых фильмов, которые уже по несколько раз пересматривал.

Затем задумался, а как это – снять фильм? Например, в Голливуде. Это же сколько порогов евреев-бухгалтеров на киностудии нужно оббить? И в этот момент он и заметил приближавшуюся к нему компанию. И снова это были его знакомые с работы. Аппий был, как всегда, со своей улыбкой на лице. Собственно Жемчо. Официантка из дрочильни Дараявуш. И, на удивление Сергея, Воскресение. Это удивило его, потому что он решил, что если одна девушка говорит про другую, что та дрянь и развратница то, по крайней мере, она с ней в бары не ходит. Стараясь не придавать этому значения, он просто поздоровался со всеми и попытался настроиться на атмосферу праздника и веселья…

«Станкобар» был создан на месте старой типичной рюмочной под названием «Салах ад-Дин». Это было небольшое двухэтажное здание. Теперь же это был тематический бар. «Наверное, хозяева – сербы, – размышлял Нечаев, подходя к бару и читая его название.

 – Или очень любят сербскую кухню. Нет, скорее всего, шеф-повар – серб, и его зовут Станко». Каково же было его удивление, что сербской кухней там даже и не пахнет. А тематикой бара являются реальные промышленные станки. На первом этаже располагался танцпол и барная стойка в виде огромного многофункционального станка. В котором бармен подавал гостям напитки при помощи механической руки-манипулятора. Второй этаж был так называемым VIP-залом. Станков здесь не было, зато открывался прекрасный вид на танцпол и пляшущих внизу людей. По всему бару расклеены плакаты станков и различных заводов. Всюду были надписи, мотивирующие к работе на предприятиях, преимущественно с большим количеством бранных слов: «Любишь е..ся? Иди к нам в цех, е..сь и работай!», «Баба ломается? Станок не сломается!», « В..й себе засунь эти втулки!» Девушки из персонала были одеты в штаны, а вместо верха лишь широкие подтяжки, прикрывающие грудь. Парни были в рабочей робе и касках.