Школьные годы – чудесные годы…

Это были бежавшие от преследований официальной церкви и самодержавного государства старообрядцы. Переселялись они сюда сначала одиночками, а позднее, после указа Екатерины II, целыми деревнями и селами, и здесь превращались в крепостных графа Строганова.

Убогой и нищей была строгановская деревня. Немногим крепостным крестьянам удавалось выйти в люди, проявить свои способности.

После отмены крепостного права ускорилось развитие капитализма в России. Строились фабрики, заводы, железные дороги.

В 90-х годах прошлого века развернулось строительство Пермь-Котласской железной дороги.

Вековая глухомань закамских лесов была нарушена стуком топоров, звоном лопат и кирок, поскрипыванием тачек и понуканием лошадей – возводились насыпи, прорывались глубокие выемки, укладывались шпалы и рельсы будущей линии.

Скоро строители подошли к деревне Губаново, ничем не приметной, состоявшей из двенадцати домов. Они вырубали лес, в болотистую почву вбивали сваи полуторасаженной длины и наваливали на них бутовый камень.

Рядом с деревней выросла станция Очерская, впоследствии Вознесенская, по имени волостного центра – села Вознесенское, расположенного в девяти верстах от нее.

Станция Очёрская.

Строительство ж/д.

Фото из архивов «Верещагинский краевед», начало 19 века.

1 января 1899 года через Вознесенскую прошел первый поезд.

Выбор места для станции не случаен. Через деревню Губаново проходил тракт, связывавший сивинских торговцев хлебом и кожами с пристанями на Каме.

Кроме того, недалеко находились Очерский и Павловский заводы. Таким образом, станции Вознесенской предстояло стать важной грузовой станцией для большой округи.

В 1902 году на станции было сдано в эксплуатацию паровозное депо на семь ремонтных канав. Его техническое оборудование состояло из двух токарных станков, а в цехах работали один кузнец, два котельщика и двенадцать слесарей.

Значение новой дороги для России, собиравшейся воевать с Японией, было велико, и станция Вознесенская к началу русско-японской войны заметно выросла.

По обеим сторонам пути забелели свежеструганными бревнами дома машинистов, путейцев, др. рабочих.

В один из майских вечеров на станции сошел пассажир. Он был в куртке машиниста, но вместо форменной фуражки – студенческая. Приезжий поднял баульчик и, оглянувшись по сторонам, направился в депо.

Это был бывший студент Петербургского технического училища, член РСДРП, машинист Василий Дмитров.