Наш Сталин: духовный феномен великой эпохи

Она, эта сторона его жизни, своей красотой, своей «величавостью» вполне сравнима с его великими общественными деяниями. Все в ней было просто и благородно, все было человечно, он жил одной жизнью с народом не только на общественной трибуне, в рабочем кабинете, но и дома, в кругу близких людей.

…Образ, как известно, начинается с внешности. В молодости он был, по словам американского писателя Джона Стейнбека, «очень красивым парнем с дикими горячими глазами». Сохранившееся в вологодском архиве полицейское донесение от 21 июля 1911 года описывает его внешность во время здешней ссылки: «Роста среднего, около 33—35 л.

, брюнет, небольшая бланже-бородка, продолговатое, со следами натуральной оспы лицо или веснушки, волосы на голове короткие, черные, правильного телосложения, походка ровная, одет в черную в полоску пару, черная мягкая шляпа. Тип грузина» (Известия. – 1996. – 17 октября). С. М. Буденный описывает Сталина, каким он запомнил его при первой встрече, в 1918-м, когда тому было под сорок: «…Смуглый, сухощавый, среднего роста человек. Одет он был в кожаную куртку, на голове – кожаная фуражка, утопающая в черных волосах. Черные усы, прямой нос, черные, чуть-чуть прищуренные глаза» [26, с. 82].

Более поздние наблюдения противоречивы. Г. Хильгер, бывший перед войной советником германского посольства в Москве и участвовавший в процедуре подписания советско-германского договора о ненападении, утверждает: «Внешность Сталина не была внушительной: он был невысокого роста, лицо покрыто оспинками, подвижность левой руки ограничена якобы вследствие ранения, полученного в ранней юности» [117, с.

268].

А вот сталинский дипломат, в дальнейшем крупный советский государственный деятель А. А. Громыко увидел и запомнил нечто иное: «Мне случалось, и не раз, уже после смерти Сталина слышать и читать, что, дескать, у него виднелись следы оспы. Этого я не помню, хотя много раз с близкого расстояния смотрел на него. Что же, коли эти следы имелись, то, вероятно, настолько незначительные, что я, глядевший на это лицо, ничего подобного не замечал» [46, с.

242].

Многие же находили его лицо и вовсе – красивым. М. Джилас, югославский политический деятель, не раз встречавшийся со Сталиным, хотя впоследствии и перешел на позиции его идейных противников, тем не менее, честно описал то, что когда-то видел: «…Лицо его, по-крестьянски простоватое, «народное», можно было назвать привлекательным, даже красивым.