Свободная касса! По ту сторону знаменитого прилавка

Полагалось это делать менеджеру, но часто это доверяли опытным крушникам или инструкторам. Так же регулярно меняли затупившееся лезвие в скребке. Еще кру могли послать с целым ворохом тупых лезвий к инженерам. Инженеры обитали в крошечной конуре в подвале, куда вела находившаяся прямо напротив скворечника крутая винтовая лестница между кухонь «А» и «Б». Взмыленный член бригады, в потеках жира, в поту и с выпученными от накала страстей глазами проваливался в эту конуру и замирал, оглушенный. Потому что в обиталище инженеров было тихо и уютно.

Всюду присутствовали инструменты и мирно светила на верстаке лампа. На парня из преисподней апатично смотрел инженер, коим был дядька средних лет в синей робе с множеством карманов. Ему вручались тупые скребки. Причем если скребки были не мытые, а жирные и в нагаре, инженер с ходу посылал незадачливого крушника обратно, мыть и драить эти железки. Если же с ними всё было в порядке, взамен тупых выдавали остро наточенные лезвия. И кру возвращался в кухонный ад.

На станции, где жарили пирожки, вполне мог стоять один толковый кру – как мужского, так и женского пола.

Часто менеджер смены ставил туда инструктора, свободного от обучения – место было привилегированным. В часы интенсива там трудились по двое. Работа была проста и спокойна: в специальную ёмкость вставлялись замороженные пирожки, ёмкость опускалась на несколько минут в кипящий фритюр, затем готовые пирожки вываливали на поднос и упаковывали в картонки, где в специальном белом кружке? писали время, до которого пирожок должен был очутиться на подносе покупателя. Упакованные пирожки относились на прилавок и раскладывались в специальном горячем шкафу. При работе на этой станции необходимо было знать одну хитрость. Если в первые секунды после погружения во вритюр ёмкость с пирожками не встряхнуть умелым движением, то вся партия после извлечения из ванночки могла оказаться наглухо пришкваренной к железяке. И отправлялась прямиком в помойку.

То, что оказывалось в помойке, учитывалось. Для этой цели у бина висел специальный лист.

В одной графе там значилась надпись «completed waste», в другой «raw waste». В первом случае туда вписывали количество единиц готовой продукции, во втором – запчасти к ним. Уронил кто-то мясо на пол, булку, рассыпал картошку – все это докладывалось менеджеру кухни, и он заносил сведения в графу «raw waste». Если готовый пирожок после доготовки ломался, его заносили в графу «completed waste». Туда же попадали уроненные сандвичи и т.д.