Кудесник

Из кустов мгновенно и беззвучно, словно привидение, показался огромный, словно матёрый медведь, офицер КГБ и, мягко ступая, подошёл к беседке.

– Скажи, да не вздумай врать, есть у вас в Комитете кланы?

– Семьи? – уточнил охранник и кивнул. – Есть, конечно. Не так, как в Минобороны, но есть. Московские, молдавские, украинские…

– Спасибо, Серёж, – генсек хмуро кивнул. – Иди, – и, покачав головой, произнёс:

– Скажи, Витя, как так получается, что мы годами, десятилетиями живём с этой грязью, а ты всё это вскрываешь и выкладываешь прямо на стол? Ладно, – он хлопнул ладонью об стол, – то не твоя забота.

Есть, кому разобраться.

* * *

Запись разговора с Ниной Харрис, сделанная на миниатюрный диктофон, получилась вполне качественной. Голос Виктора Николаева звучал так, словно он находился рядом.

Джордж Герберт Уокер Буш тот, что ещё не был «старшим», остановил магнитофон и задумчиво посмотрел на Нину, которую Никсон вытащил из разведки. И женщина, в общем, не подвела. Да, ей не удалось уложить Николаева к себе в постель, но, судя по разговору, это вообще из области фантастики.

Зато она добилась того, что Виктор чётко обозначил границы и возможные области сотрудничества, что очень важно. Одна информация об операции ЦРУ в Южной Америке уже дорогого стоит. Специальные люди сейчас будут трясти ЦРУ, но, если всё подтвердится, ведомству грозит самая чувствительная чистка со времён создания организации. Даже сама концепция двух путей в развитии региона, такая простая и такая наглядная, уже тянула на «Почётную медаль конгресса».

– Скажи, как он тебе? – Буш развернулся в кресле к Нине.

– Он… – женщина помедлила, – он, конечно же, нас ненавидит. И к тому списку грехов, что уже озвучен, он ещё явно готов немало добавить. И всё же он – вполне здравомыслящий молодой человек, без идеологических шор и догматизма. Я бы сказала, сэр, что он – из наших, из разведки, – пояснила она. – Когда я его назвала суперменом, не дрогнул ни единой жилкой, даже внутренне.

И именно поэтому, когда я спросила его о способах сотрудничества, думал совсем недолго. Сразу предложил вариант с химическим заводом и пятилетним прогнозом. И, судя по его репликам, он неплохо ориентируется в нашей кухне.

– А как человек?

– Как человек… – Харрис задумалась. – Он, конечно, самец. Взгляд уверенный, но не давящий. Жесты скупые, короткие, лицо как правило расслабленное, без выражения, даже когда говорит что-то эмоциональное.