Лед и сталь

 – И почему я должен компенсировать раздолбайство отдельных командиров, вдруг понявших, что здесь иногда стреляют?

– Ты у меня под суд пойдёшь… – Майор, который к этому моменту уже сидел, налившись кровью и с выпученными глазами, сжал до хруста могучие кулаки и встал во весь рост. – Я тебя сам расстреляю.

– Конечно, – Серг, не вставая с дивана, кивнул, – если успеете. Кстати, я могу расценивать ваши слова как угрозу оружием в боевой обстановке?

– Да я тебя, салага…

– Салага? – Серг нехорошо улыбнулся, а штатный «Ратвар 34» словно щенок уже ткнулся шершавой рукоятью в ладонь.

 – У вас сколько боевых? Пятнадцать? А у меня двадцать восемь, не считая девяти спецопераций. И кто из нас салага?

– Как двадцать восемь? – майор от неожиданности плюхнулся обратно на стул. – Почему у тебя тогда нет звёздочек на броне? – зампотех кивнул на стоявший у стены в зажимах боевой скаф.

– И я как дурак буду бегать в камуфляже, разрисованном звёздочками? На Сете я шесть раз полностью менял мехсостав и дважды – людей.

В целом за спецгруппой, в которую я входил, около ста пятидесяти тысяч шан рок. На Тхати, когда ашш пытались отбить объект, мои девятисотые сбили дивизионный транспорт ашш. Примерно сорок тысяч синекожих легло разом. А всего получается, что я должен рисовать около двухсот больших звёздочек. И на хрена? Я же не клоун.

– А награды?

– А что награды? – Серг пожал плечами. – На повседневной их не носят, а парадов пока не случилось.

Нагр искренне не понимал молодого майора.

Офицеры тыловых подразделений, которым боевые награды отваливались лишь в редчайшем случае, устраивали настоящие сражения за какую-нибудь юбилейную медаль, чтобы было хоть чем позвенеть на кителе. И уж орденские планки некоторые носили даже на технических комбинезонах.

Тем временем Серг достал из своего кофра продолговатую деревянную коробку и пододвинул к майору.

Глядя на полный набор из Алого Пламени всех трёх степеней, золотую звёздочку Героя Империи, флорианский Зелёный Щит и много других наград, среди которых были Золотой Легион, фрименские ордена и даже хаторанские Белый Шторм и Пламя, машинально сравнивал с «иконостасом» полковника Шенго, и сравнение это было не в пользу заслуженного вояки, каким и был полковник.

Конечно, в армии есть иерархия званий и должностей, но существовала негласная, и от этого не менее значимая иерархия боевого опыта, наград и личного авторитета.