Монгольские этюды. Удивительная история, рассказанная в письмах, стихах и прозе

И малиновое солнце

Над лохматым сизым дымом…

Как хозяин молчаливый

Ясно смотрит на меня!

У него глаза такие,

Что запомнить каждый должен,

Мне же лучше, осторожной,

В них и вовсе не глядеть.

Но запомнится беседа,

Дымный полдень, воскресенье

В доме сером и высоком

У морских ворот Невы.

    Январь 1914

Он любил три вещи на свете

Он любил три вещи на свете:

За вечерней пенье, белых павлинов

И стертые карты Америки.

Не любил, когда плачут дети,

Не любил чая с малиной

И женской истерики

…А я была его женой.

Под крышей промерзшей пустого жилья

Под крышей промерзшей пустого жилья

Я мертвенных дней не считаю,

Читаю посланья Апостолов я,

Слова Псалмопевца читаю.

Но звезды синеют, но иней пушист,

И каждая встреча чудесней, –

А в Библии красный кленовый лист

Заложен на Песне Песней.

Как ты можешь смотреть на Неву?

Как ты можешь смотреть на Неву,

Как ты смеешь всходить на мосты?…

Я недаром печальной слыву

С той поры, как привиделся ты.

Черных ангелов крылья остры,

Скоро будет последний суд,

И малиновые костры,

Словно розы, в снегу цветут.

Черная вилась дорога

Черная вилась дорога,

Дождик моросил,

Проводить меня немного

Кто-то попросил.

Согласилась, да забыла

На него взглянуть,

А потом так странно было

Вспомнить этот путь.

Плыл туман, как фимиамы

Тысячи кадил.

Спутник песенкой упрямо

Сердце бередил.

Помню древние ворота

И конец пути –

Там со мною шедший кто-то

Мне сказал: «Прости…»

Медный крестик дал мне в руки,

Словно брат родной…

И я всюду слышу звуки

Песенки степной.

Ах, я дома как не дома –

Плачу и грущу.

Отзовись, мой незнакомый,

Я тебя ищу!

Я улыбаться перестала

Морозный ветер губы студит,

Одной надеждой меньше стало,

Одною песней больше будет.

И эту песню я невольно

Отдам на смех и поруганье,

Затем, что нестерпимо больно

Душе любовное молчанье.

Распятие

1

Хор ангелов великий час восславил,

И небеса расплавились в огне.

Отцу сказал: «Почто Меня оставил?»

А Матери: «О, не рыдай Мене…»

2

Магдалина билась и рыдала,

Ученик любимый каменел,

А туда, где молча Мать стояла,

Так никто взглянуть и не посмел.

Ill. Лев Гумилев

Лев, мой Лев

Кто Лев,

Мое Львиное сердце?

Кажется вы мало о нем знаете.