Отморозки: Другим путем

Так как многие состоятельные дамы и прежде возвращались из-за границы в столицу, прикупив в Варшаве наряды, то и сейчас варшавянки не без основания рассчитывают на заработок; к тому же у нас именно нет портних средней руки: они работают задешево, кое-как, другие – дерут «за фасон» безбожные цены.

    «Русское слово», 4 сентября 1915 г.

Через сорок минут все было кончено. Остатки улан и гусар согнали в кучу, а навстречу Анненкову вышел Львов. Полковник Рябинин оглядел товарища и невольно усмехнулся:

– Что, друже, лавры Рэмбо спокойно спать не дают?

Львов-Маркин недоуменно моргнул, почесал нос и лишь потом понял.

– А я, честно говоря, думал, что больше похож на Шварца…

– На убийцу ты похож, – хмыкнул Анненков. – Вон сколько накрошил, даже меня в дрожь кидает…

– Ага… Трындеть – не мешки ворочать. Тебя в дрожь только Хиросима бросить может. И то если с Нагасаки и Токио объединится…

– Ну-ну… Веселишься?

– Радуюсь, что жив остался.

Анненков-Рябинин удовлетворенно кивнул:

– Это – да…

– Слушай, я тут вспомнил, что ты должен вывести полк из окружения, – сказал Львов. – И краем уха слыхал, что ваш полковник погиб в сабельной атаке…

Анненков снова кивнул:

– Я видел, как его застрелил какой-то офицер. Его тут же срубили, но поздно…

– А еще я слышал, что вроде как единственный есаул в полку, который уцелел. Так, нет?

– Так, а что толку? Командовать будет войсковой старшина Инютин, так что…

– А он где? – быстро спросил Львов.

– Да вон там, – Анненков-Рябинин махнул рукой. – Сидит наш герой, шевельнуться не может. Его дважды штыком достали.

– Ага, – задумчиво произнес Львов. – Так я пойду, доложусь ему?

– Иди-иди… – есаул уже шагал к своей сотне. – Как закончишь – подходи. Надо кое-что обкашлять…

И он двинулся дальше, слегка удивляясь едва донесшимся тихим словам штабс-капитана: «Ты даже не представляешь, как надо-то…»

Львов появился в расположении анненковской сотни минут через двадцать пять – тридцать.

– Ну, и чего ты говорил про вашего подполковника? Подхожу я к нему, докладываюсь по форме, а он, бедолага, остыл уже…

Полковник Рябинин посмотрел на товарища, заглянул в его слишком честные глаза, а затем ухватил штабс-капитана за плечо:

– А пойдем-ка, поговорим… – и потащил его за собой.