Отморозки: Новый эталон

Куды потом он делся? Дык, он же на охоту приехал, вот и подался охотиться. Кого подстрелил? Да кто ж его знает? Подстрелил, верно, что-нибудь. Хозяина таежного свободно мог. Точно, хозяина и подстрелил. Ему еще кривой Кондрат показывал место, где берлога… Что? Отпирается Кондрат, не помнит такого? Так, вестимо, где ж ему упомнить, когда его, болезного, на четвертый день водой отливали, чтобы в память пришел… А генерал уехал. Точно. Раз в Монастырском его нет, значит – уехал. А больше, ваше благородие, рассказывать и нечего – не помним.

Пьяные, стал быть, валялись….

– …Послушайте, называйте меня как-то покороче, – попросил Сталин. – У меня есть старое прозвище – «Коба», вот так и зовите. А то «Иосиф Виссарионович» – очень уж длинно.

– Договорились, Коба, – улыбнулся Львов. – Только и вы меня тогда «Глебом» зовите. С кличками у меня промашка вышла: не водится как-то. Позывные… – Тут он осекся и некоторое время молчал, но потом продолжил: – Позывной – это для фронта, а тут все-таки – тыл…

– Хорошо, Глеб, – Сталин согласно кивнул и вернулся к предыдущей теме разговора: – Построить социализм в одной стране – это очень интересно, хотя и не по Марксу, но в возможно ли это в России?

Львов положил на столик в каюте портсигар, закурил и усмехнулся:

– Самое забавное, что есть всего две страны, где такое возможно хотя бы в принципе.

И одна из них – Россия.

– Вот как? Докажите, – Сталин размял папиросу в крепких пальцах, чиркнул круглой серебряной зажигалкой.

 – Пока я вижу только аргументы «против»: слабая промышленность, еще более слабая система путей сообщения, малочисленный пролетариат… И как все это согласуется с вашим заявлением?

Глеб покурил, помолчал, раздавил окурок в пепельнице:

– Видите ли, Коба… Революцию, как смену общественно-экономической формации, можно провести и без пролетариата. Не в его отсутствие, разумеется, а без его участия.

Переворот можно провернуть даже малым числом подготовленных людей – тут я согласен с народовольцами и эсерами. Основной же вопрос состоит в другом: как удержать власть после переворота? Замечу, что задача усложняется гарантированной практически полной мировой изоляцией государства, выбравшего в результате революции социалистический путь развития.

– Да, это усложняет задачу, – согласился Сталин. – Значительно усложняет.