Наблюдая за гончаром, или Жизнь полна подарков

А теперь, очевидно, рецидив случился, и захотелось мне выложить на бумагу что-то из своей жизни, что я ещё помню. Этого осталось немного, но всё равно, кому-то умеющему хорошо писать, хватило бы материала на небольшую повесть. Лучше всех это мог бы сделать мой сын Марат. Не потому, что он самый лучший писатель, просто он, как сейчас говорят, в теме. Но нет, я не хочу его загружать, да, думаю, и особой надобности в этом нет. Как удастся нацарапать, так пусть и будет.

Если голова моя не подведёт. Она совсем плохо стала работать.

Но ничего, я буду делать перерывы, перечитывать и переписывать, вспоминать, как смогу. Надеюсь, в этот раз избежать конфуза.

1

Родился я летом 1933 года на станции Каракуль Бухарской области. Почему так далеко от исторической родины? В эти годы, подавив сопротивление басмачей, советская власть начинала развивать свои среднеазиатские владения. Для этого нужны были грамотные люди. Не специалисты какие-нибудь особые, а хотя бы элементарно грамотные. И из России начинают активно переселять людей в среднеазиатские республики.

Платят им подъёмные, предоставляют работу. Вот тогда очень много татар переселилось в Узбекистан, в частности. Почему татары? Потому, что они хоть как-то могли изъясняться с коренным населением, ведь узбеки русского языка не знали. А татарский и узбекский – языки родственные. В своих голодных аулах в Татарии и Башкирии делать было нечего, поэтому те, кто знали, кроме родного, ещё и русский язык, хотя бы немного, с удовольствием ехали в новые места и работали там в школах и в государственных органах. А если ещё и считать немного умели, то уже могли работать и в госбанке.

Так мои родители попали в Узбекистан.

На этих фото Рустам и Вилия в 1939 году. Рустаму шесть лет, а Вилие 1 год.

О первых годах своей жизни мне сообщить нечего, я не помню практически ничего. Поэтому начну я с войны. Летом 1941 года мне было семь лет. Мы тогда с отцом, матерью, сестрёнкой Вилиёй и братиком Ревмиром жили, как я уже сказал, на станции Каракуль.

Вилие было четыре года, а Ревмиру всего год. Не могу не упомянуть о происхождении их имён. Обычное татарское имя было только у меня. Родители наши, видимо, крепко были идеологизированы – первые три буквы имени Вилия – это аббревиатура Владимир Ильич Ленин, а Ревмир расшифровывается как революция мировая. Таких экстравагантных имён в ту пору было множество, например, Вилен, Октябрина – народ был очень воодушевлён своей страной, своей революцией.