Заговор королевы

Мы не более уважаем приверженцев Гиза, чем гугенотов; лигисты нам не дороже кальвинистов. Наш единственный господин – Григорий XIII[13 - Григорий XIII (1502–1585) – римский папа с 1572 г. Активно поддерживал и вдохновлял борьбу католицизма против протестантов, во Франции помогал Карлу IX и Гизам в их борьбе против гугенотов.], папа римский. Долой Гизов[14 - Гизы – герцоги Лотарингские, ярые сторонники католицизма, активные участники и организаторы религиозных войн во Франции, некоторое время даже претендовали на французский престол.

] и беарнцев![15 - Беарн (лат. Benearnia) – южная пограничная область Франции; главный город По. Здесь беарнцами названы сторонники Генриха IV, родившегося в Беарне.]

– Долой Генриха Наваррского[16 - Генрих IV (1553–1610) – король Наваррский с 1572 г., король Франции с 1593 г. Будучи гугенотом, принимал участие в религиозных и гражданских войнах на стороне протестантов. Дважды из политических соображений менял веру на католическую. Именно ему принадлежит фраза «Париж стоит мессы».

В 1598 г. издал Нантский эдикт, уравнивающий права католиков и протестантов. Основатель династии Бурбонов.], если вы этого желаете, – воскликнул студент из Гаркура, – или Генриха Валуа, если это вам более нравится, но – ради всех святых – только не Генриха Лотарингского, он надежная и крепкая опора истинной веры. Нет! Нет! Да здравствуют Гизы! Да здравствует Священный союз!

– Долой Елизавету Английскую! – кричал студент из Клюни. – Что делает здесь ее представитель? Уж не ищет ли он ей мужа среди наших ученых? Плохая будет сделка, если она отдаст руку герцогу Анжуйскому[17 - Герцог Анжуйский, Эркюль-Франсуа де Валуа (1554–1584) – французский принц, брат королей Франциска II, Карла IX и Генриха III.

].

– Если вы дорожите своим воротником из буйволовой кожи, то советую вам не отзываться непочтительно в моем присутствии об Елизавете Английской, – подымая с угрозой свою окованную палку, возразил англичанин из Четырех Наций, такой же заносчивый, как и его огромный бульдог, следовавший за ним по пятам.

– Долой Филиппа Испанского и его посланника! – кричал бернардинец.

– Por los de mi dama![18 - Клянусь честью моей дамы! (исп.)] – воскликнул принадлежавший к Нарбонской коллегии испанец с огромными закрученными усами на бронзовом дерзком лице, в низкой шляпе, гордо нахлобученной на лоб. – Так поступать нельзя! Представитель его величества дона Филиппа должен быть уважаем даже в среде парижских студентов.