Голос. Два года из жизни Муслима Магомаева.

А там, куда пришло вещание, телевизоры были далеко не у всех. В гости к владельцам телевизионных приемников приходили друзья, родственники, соседи. Большими компаниями собирались «на огонёк» – в буквальном и переносном смысле.

Новогодний «Голубой Огонёк» 1 января 1964 года порадовал телезрителей встречами со многими известными артистами. Среди участников передачи – Сергей Лемешев, Зиновий Бабий, Майя Плисецкая, Владимир Трошин, Людмила Зыкина, Майя Кристалинская, Эдита Пьеха…

Была уже поздняя ночь.

Давно пробили куранты, отзвучали поздравления, приветствия и новогодние пожелания. Вручены все подарки. Закончилось шампанское. Бокалы сменились чашками свежезаваренного чая «со слоном». Торты и пирожные с разноцветными розочками из натурального сливочного масла дождались своего часа. А телевизионный праздник продолжался. К домашним посиделкам у экранов присоединилась вернувшаяся с танцев и вечеринок молодёжь. Новый год стал в полном смысле семейный.

И вот тогда, ближе к концу передачи, в уютную атмосферу домашнего праздника, в тихую светлую новогоднюю ночь, в дома, укутанные чистым, пушистым снегом, вошла красота.

Восхитительный голос всколыхнул притихшее, возможно, чуть задремавшее полуночное застолье у экрана. Молодой человек, юноша пел на незнакомом языке. Пел так, словно не голос его, изумительно прекрасный, а сама душа, открытая миру, звучала дивной мелодией. И был он так красив, что сердце замирало… Словно открывалось нечто новое, неизвестное ранее в человеческой природе, как откровение того, каким прекрасным может быть человек.

Это был Муслим Магомаев. Тот самый юноша, что стал открытием минувшего 1963 года, покорив пламенным исполнением «Бухенвальдского набата» и виртуозной каватиной Фигаро.

Теперь на новогоднем «Огоньке» лирическая песня в уютной обстановке телевизионного «кафе» по-новому являла зрителям образ молодого артиста. Волшебная новогодняя ночь дарила чудо, в которое невозможно было не влюбиться.

Муслим пел неаполитанскую песню «Запретная мелодия» (С.

Гастольдони). За столиком рядом с ним сидела прекрасная незнакомка, в которой непросто было узнать диктора Центрального телевидения Светлану Моргунову.

– Вы поняли, о чём я пел? – спрашивал артист, закончив песню.

– Аморе!.. Любовь! – с воодушевлением отзывались зрители в студии.

– Да, эта песня о самом вечном и прекрасном чувстве – о любви. И мне хотелось бы, чтоб сегодня её слышали все влюбленные.