Жемчужины детства

Часть I

Жемчужины детства

Глава первая

«Моя малышка так быстро растет»

Одно из последних ярких воспоминаний детства – лето 1937 года: мне тогда было девять лет, и я впервые уехала на каникулы без родителей. Детский лагерь, куда меня отправили на месяц, находился в живописной солнечной долине, рассеченной пополам быстроводной речкой Сазавой. Окрестные холмы густо поросли сосновыми лесами, воздух был пропитан хвойным запахом, и темная зелень резко контрастировала с ярким голубым летним небом.

Мы жили в деревянных хижинах на сваях и обедали на поляне. Тент натягивали только в дождь. Под ним помещались все – примерно пятьдесят человек, – и в плохую погоду именно там происходило все самое интересное. В лагерь отправляли детей от семи до двенадцати лет, и не только для того, чтобы родители отдохнули. Нас учили быть самостоятельными и не бояться, даже когда ночуешь в маленькой палатке на краю леса. Мы проводили дни на природе, а теплыми вечерами пели и слушали истории, сидя у огромного костра. С приходом темноты, когда за пределами нашего тесного маленького круга было видно лишь луну и звезды, казалось, что в мире не осталось никого, кроме нашей немногочисленной компании у костра.

Мне нравилось в лагере, но я тосковала по дому. Раньше я никогда не уезжала одна, и расставание с родителями давалось мне тяжело. Я очень по ним скучала и, оставаясь в одиночестве, часто плакала. В середине месяца мама приехала меня навестить. Когда я призналась, что скучаю, она обняла меня, но твердо сказала: «Нельзя вечно держаться за мою юбку.

Ты должна пробовать справляться сама».

И я пробовала. Я держалась, даже когда через несколько дней в большой палец на ноге попала инфекция и он разбух, как мячик для пинг-понга. Я держалась, даже когда мне пришлось целыми днями сидеть с забинтованной ногой в инвалидной коляске и смотреть, как другие ребята развлекаются. Я решила во что бы то ни стало не писать маме, не умолять ее забрать меня домой, и молча страдала в ожидании окончания «каникул».

Однажды вожатая застала меня, когда я плакала. Она тщетно пыталась меня успокоить, а потом произнесла:

– Тебя же зовут Вера Диамант? Диамант значит бриллиант, а раз ты у нас бриллиант, то и слезы твои из настоящего жемчуга.

Я улыбнулась сквозь слезы и с тех пор, вспоминая эти слова, всякий раз улыбалась, ощущая сладко-горький вкус прошедших дней. Эти воспоминания – и в самом деле жемчужины моего детства.