Русский сын короля Кальмана

Хотя о перемышльском князе ходила дурная слава, как о человеке коварном и бессовестном, Борис все же на него рассчитывал.

«Не больно-то у меня велик выбор, а князь Владимирко как-никак враждует с Белой Слепцом».

Владимирко Володарьевич принял Бориса по-родственному, но когда гость завел речь о том, зачем, собственно, он прибыл, князь принялся жаловаться на свои беды. Помощь Борису была обещана, но лишь в том случае, если он найдет себе еще покровителей.

– Я тебе подмогну, непременно подмогну, – говорил Владимирко Володарьевич.

 – Но вдвоем нам не справиться, а коли ударить по Слепцу с двух али с трех сторон, он вряд ли устоит, и ты тогда сядешь на угорский стол.

– Где же мне сыскать себе еще поборников[7 - Поборники – соратники, союзники.], – озадачился Борис.

– Ты подумай, а покуда можешь у меня пожить.

Борис остался в Перемышле, чтобы передохнуть, однако спокойного отдыха у него не получилось, потому что Владимирко Володарьевич постоянно что-то затевал и во что-то ввязывался.

Самой большой авантюрой перемышльского князя стала его попытка отнять владения у своего двоюродного брата, теребовльского князя Ивана Васильковича, за которого вступился киевский князь Всеволод Ольгович (Ярополк Владимирович уже умер), заставивший не в меру разошедшегося князя Владимирко заплатить обиженному родственнику тысячу двести гривен серебром.

– Не пойдет впрок сие серебро теребовльскому князю! – изрек Владимирко Володарьевич.

Сказал и, как говориться, словно в воду глядел: Иван Василькович преставился, и то, что перемышльский князь пытался взять силой, отошло ему по праву наследования, ибо ни детей, ни родных братьев покойный не имел. Объединив под своим началом оба княжества, Владимирко Володарьевич сделал своей резиденцией Галич, и его владения стали называться Галицким княжеством.

Как раз в то время, когда Владимирко Володарьевич обосновывался на новом месте, Венгрия опять лишилась короля.

Почти сразу после похорон Белы Слепца королева Илона и ее брат Белуш короновали одиннадцатилетнего Гёзу, чтобы выбить почву из-под ног сторонников сына короля Кальмана.

Борис не собирался сдаваться. Он двинулся в Польшу в надежде договориться с сыновьями скончавшегося несколько лет назад Болеслава Кривоустовго. Но, увы, у польских князей было слишком много внутренних проблем, чтобы они захотели вмешаться в дела соседей.