Два сфинкса

С почтительным вниманием Валерий и сенатор проводили обоих жрецов в саквариум дома; новобрачные, кое-кто из ближайших родственников и десять требуемых законом свидетелей последовали за ними; но Валерий приказал открыть перистиль, и остальные приглашенные собрались под портиками, откуда могли видеть всю церемонию.

Галл и Валерия сели на стул, покрытый шкурой овцы, принесенной в жертву, а Фламин-Диол стал перед ними, соединил их правые руки и торжественно произнес священные слова, соединявшие брачующихся.

Затем Юноне – покровительнице брака – была принесена жертва, совершено было возлияние вина, молока и меда, и благословлен принесенный Валерией пшеничный хлеб, именуемый «фаром». Приношение хлеба давало иной характер церемонии, которая, в этом виде, носила название «конферреации», предоставляла жене самые широкие права и отличалась от практиковавшегося в Риме заключения брака посредством «купли». (Следует заметить, что римский брачный союз, заключаемый под видом «купли» (coemptio), лишал жену права почитать «пенат» своего мужа.

Такая супруга не носила, подобно женщине, соединенной браком (conferreatio), титула «матроны», а именовалась лишь «матерью семьи» и положение ее в доме, по закону, было близкое к положению рабыни.)

По окончании церемонии, всеми свидетелями подписан был брачный акт, который надлежало затем отослать в общественный «табулариум», а копию с него хранить в домашнем архиве. В тот же вечер, в час, когда на небе вспыхивает Веспер (Венера), Валерию с большой помпой отвели в дом ее супруга.

Когда шумный поезд новобрачной, при свете факелов, прибыл к дому Галла, убранному гирляндами зелени и цветов и освещенному плошками, молодой супруг стоял у входа и спросил, обращаясь к Валерии:

– Кто ты такая?

– Там, где ты – Кай, я буду – Кайя, – ответила молодая женщина.

Этот знаменательный для нее ответ, устанавливавший равенство между ней и мужем, и дававший ей право принимать участие в религиозных отправлениях, присущих роду ее супруга, был произнесен так скромно, так робко, что это вполне доказывало, что Валерия будет покорной женой.

После этого заявления своих прав, Валерия приняла от одного из «патримов» (молодой мальчик из патрицианской семьи), сопровождавших ее, горящий факел и воду, в которой омочила руку, показывая этим, что очищается и что с этой минуты будет делить с мужем огонь и воду, другими словами – жизнь.